Полевые археологические исследования        15 декабря 2012        239         0

Древние гоминиды

Могут ли быть использованы антропологические данные для реконструкции путей развития общественной организации в первобытном обществе и если могут, то до какой степени, несут ли они какую-нибудь информацию о социальных отношениях у древних гоминид? Попытаемся рассмотреть этот вопрос хотя бы в общем виде.

Древние гоминиды

Все помнят дискуссию о первобытном стаде, имевшую место в нашей литературе много лет тому назад. В ходе ее были высказаны две прямо противоположные точки зрения на первобытное стадо, вернее сказать, на структуру общества в эпоху, предшествующую верхнему палеолиту. Согласно одной из них, она не отличалась заметным образом от социальной структуры верхнепалеолитического общества, и родовая организация возникла вместе с появлением семейства гоминид; согласно другой, ископаемые гоминиды мало отличались от животных, их трудовая деятельность была инстинктивной, следовательно, их общественная организация мало отличалась от примитивных сообществ животных. Многие археологи и антропологи, концепцию которых разделяем и мы, занимали позицию золотой середины в этом споре. Приведем фактические данные и теоретические сообщения, служащие основанием для такой позиции.

Морфологическая эволюция семейства гоминид демонстрирует огромный путь, пройденный человечеством, показывает резкую разницу между исходными предками гоминид и человеком современного типа, существенные преобразования разных морфологических структур, которые претерпевали ископаемые гоминиды при переходе от этапа к этапу. Все эти морфологические изменения и их масштаб не дают оснований ставить знак равенства между современным человеком и его ископаемыми предшественниками в строении тела и мозга, а, следовательно, и в возможностях осуществлять трудовые операции и переходить к прогрессивным формам общественных отношений. К сожалению, находящиеся в нашем распоряжении данные о внутренней организации стадной жизни у предшественников гоминид носят косвенный характер — в реконструкции ее можно опираться только на информацию о структуре семей и стад современных обезьян. Она свидетельствует, что по характеру своему обезьянье стадо не отличается принципиально от стадных объединений других животных — основу его составляют, безусловно, рефлекторные акты и отношения: пищевой инстинкт, половой, материнский и т. д.

Все эти особенности организации обезьяньего стада мешают принять его в качестве основной и первой ступени подлинно человеческого родового общества. Необходима была длительная эволюция, чтобы возникли какие-то более прогрессивные формы общественной организации, от которых закономерен был бы переход к родовому строю. Появление последнего на базе обезьяньего стада представляется невероятным, а, следовательно, малообоснованным кажется и приравнивание верхнепалеолитического человека к его ископаемым предкам в формах социальной жизни, и тезис об одновременном возникновении рода и гоминид. Широко известные следы повреждений на черепах палеоантропов, а также архантропов прямо доказывают меньшую устойчивость их общественных ячеек, частые стычки, заканчивающиеся иногда тяжелыми увечьями.

Однако отрицая возникновение родового строя одновременно с формированием первых гоминид, антрополог не может, тем не менее, признать справедливой и противоположную точку зрения на них как на существа, трудовая деятельность которых была инстинктивной и общественная организация, очевидно, мало отличалась от стадных взаимоотношений обезьян и других млекопитающих. Такой подход приходит в противоречие с бесспорно установленным фактом морфологической эволюции гоминид, их значительного отличия даже от высокоразвитых антропоморфных приматов в строении тела и уровне развития мозга. Прогрессивная эволюция, которую проделала каменная индустрия ископаемых гоминид на протяжении четвертичного периода, также опровергает мысль о возможности рассматривать ее лишь как результат инстинктивной деятельности. Отмеченная необходимость передачи накопленных на протяжении жизни поколения трудовых навыков следующему поколению, вытекающая из этой необходимости возможность постепенного, но неуклонного усовершенствования трудовых процессов — также аргумент против инстинктивного характера трудовых операций архантропов и палеоантропов.

Две только что разобранные альтернативы, каждая из которых заводит в логический тупик, сами по себе наталкивают на вывод о существовании длительного периода в истории первобытного общества, когда рефлекторные акты как таковые перестают играть в общественных связях основную роль, постепенно отодвигаясь на задний план, а родовой строй — первый значительный этап в упорядочении и организации общественных отношений — еще не народился, когда осуществлялась очень медленная и мучительная перестройка сугубо биологических стадных связей в подлинно социальные отношения человеческих коллективов, когда борьба между биологическим и социальным в общественной жизни составляла основное содержание динамики развития общественных отношений. Это и есть период первобытного стада, промежуточной ступени между стадом животных и родовыми коллективами древних людей.

Добавить комментарий