Производство керамики        20 марта 2012        61         0

Фаянс Мустье

fayans-mustieМустье, маленький городок, затерявшийся среди отрогов южных Альп, несмотря на свое изолированное положение, стал третьим крупнейшим керамическим центром Франции и оказал огромное, подавляющее влияние на все южно-французские мастерские и даже некоторые испанские. Мастера Мустье, работавшие вдали от столицы и менее подверженные, вследствие этого, капризам царившей в Париже моды, значительно дольше удержались на достигнутой ими художественной высоте. Несмотря на широкую известность, которой пользовался в XVIII веке Мустье, имя фабрики в XIX веке было совершенно забыто, а произведения ее приписывались Руану, блеск которого как бы ослеплял всех исследователей и собирателей. Только в шестидесятых годах прошлого столетия барон Давилье опознал их истинное происхождение и восстановил славное прошлое маленького городка.

Первая мастерская в Мустье была основана около 1686 г. Пьером Клерисси (P. Clairissy), принадлежавшим к известной еще при Людовике XIII семье марсельских керамистов. В мастерской Клерисси с конца XVII века работал весьма искусный живописец Гаспар Вири (G. Viry), имя которого сохранилось на нескольких ранних изделиях Мустье. Фаянсы эпохи Клерисси украшены сценами охоты по гравюрам знаменитого итальянского живописца охотничих пейзажей и баталий Антонио Темпеста (1555-1630), служивших вообще долгое время художественными прописями. Иногда Вири и друг, художники Мустье брали отдельные фигуры из произведений популярнейшего нидерландского художника середины XVI века, руководившего вкусом своего времени, Франса Флориса (1576-1670).

В 1727 г. Пьер Ру открыл в Мустье вторую фабрику. В 1728 году первоначальнику керамического производства Мустье Пьеру Клерисси наследовал его одноименный племянник Пьер Клерисси II, возведенный при Людовике XV, в 1743 году, в дворянское достоинство и получивший впоследствии даже титул барона. Это доказывает, насколько упрочилось к этому времени положение мастеров-керамистов в качестве настоящих художников. В 1747 году Пьер Клерисси передал дело своему компаньону Жозефу Фуку — основателю целой династии Фуков, в руках которых производство продолжалось до 1852 года.

Третья очень важная фабрика была основана Олери, самым просвещенным и «подвижным» мастером Мустье, установившим связь между южной-французской и испанской керамикой, постоянно искавшим новых путей и умершим в нищете и полном забвении. Произведения Олери легко отличимы по марке, состоящей из маленького «о» пересеченного длинным «L».

К середине XVIII века в Мустье уже существовало девять фабрик.

Фигурная живопись ранних фаянсов, в которых первые мастера как бы выразили свою причастность к культуре своего времени, не нашла дальнейшего применения в Мустье и очень скоро уступила место орнаментальной, которая и составляет славу и гордость данного производства. В начале XVIII века в Мустье выработался собственный орнаментальный стиль в виде тонких, изящных арабесок, среди которых расположены маленькие нимфы, сатиры, химеры, гермы, кариатиды и женские бюсты под изящными грациозными балдахинами и опять-таки руанскими ламбрекенами. Весь орнамент, написанный большей частью, во всяком случае в начале, одноцветной синей краской, производит, при блестящей, тонкой, молочно-белой эмали, впечатление необычайной легкости, вполне гармонирующей с мелкими изящными формами самих предметов. Арабеска Мустье, однако, значительно отличается от строгой и четкой руанской — она более изящна и изнежена и сила ее кажется, как будто, исчерпанной. Центральную часть блюд и тарелок занимают нередко заключенные в медальоны и окруженные гирляндами, до вольно небрежно написанные мифологические сцены: «Венера на спине дельфина», «Нептун с трезубцем в руках», «Орфей, укрощающий своей игрой диких зверей» и другие.

Значительное влияние на выработку стиля Мустье оказали декоративные измышления отца и сына Берэн, творчество которых очень трудноотличимо одно от другого. Разноцветная живопись была занесена в Мустье из Испании Олери, работавшим одно время вместе с другими южно-французскими мастерами в Дени на фабрике герцога Оранда.

Вообще фаянсы Мустье иногда трудноотличимы от испанских, так как те и другие расписывались одними и теми же французскими мастерами и помечались одинаковыми марками. Испания, как полагают, дала толчок и к декорировке сосудов Мустье карикатурами в стиле Калло, исполнявшихся однотонной желтой или зеленой краской. Правда, многие карикатуры на фаянсах Мустье прямо взяты с гравюр Калло, но большинство из них являются все же измышлениями, фантазиями местных мастеров и не могут претендовать на столь высокое происхождение. Это или маленькие человечки с длинными ослиными ушами или ослы, одетые как люди, обезьяны в смешных костюмах, разъезжающие верхом на самых невозможных животных, кошки, играющие на контрабасах, маленькие горбатые воины, пронзающие копьями страшные чудовища и т. п. забавные и нереальные существа. Нередко появляются на фаянсах Мустье и монахи в остроконечных капюшонах.

Особую очень любопытную группу составляют фаянсы, изготовлявшиеся в 1746 году и последующие годы после битвы при Фонтенэ, в которой французы под предводительством принца Саксонского наголову разбили союзные войска англичан, австрийцев и голландцев. Победа эта произвела во всей стране огромное впечатление, и прославляющие ее брошюры и летучки насчитываются дюжинами. Мастера Мустье также пожелали принять участие в этом общенародном торжестве и стали украшать свои изделия различными викториями, победными колесницами и бесконечно повторяющимся словом «victoire». Вообще, на фаянсах Мустье мы очень часто встречаем надписи: «Да здравствует мир» и «Да здравствует война» — надписи, которые имеют значение дат, так как они всегда имеют отношение к какому-нибудь современному событию.

Большое количество гербов на фаянсах Мустье указывает на широко распространенную славу его изделий. Среди его заказчиков встречаются такие имена как герцога Ришелье, маркизы Помпадур, знаменитого и веселого графа Морепа, получившего 22-х лет от роду пост министра, и друг.

Фабрики Мустье продолжали процветать до революции, и число их постепенно все увеличивалось, но огромное количество получаемых заказов сообщило под конец их произведениям характер однообразия и уныния. Марки Мустье еще далеко не все разгаданы. Почти все южно-французские фабрики, как уже было отмечено, подражали стилю Мустье.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *