Доисторические поселения        14 августа 2013        74         0

Город Шахруха

Вдоль пути тянутся десятки замков и поселений, перемежающихся с крупными городами. Самый первый из них Бенакет — город-крепость на берегу реки. Название это неизвестно местному населению, не найти его и на картах. Но, если двинуться древним путем, в 15—20 км ниже переправы на крутой излучине правого берега Сырдарьи, можно встретить руины громадного города под названием «Шаркия» («Восточное»).

Взору исследователя открывается причудливый рельеф. В вечерних сумерках руины как будто оживают. Холмы жилых кварталов перемежаются с ремесленными мастерскими керамистов, металлургов, стеклодувов. Их пересекает сеть уличных магистралей и каналов. Широкие площади пригорода обнесены цепочками валов и глубокими каньонами рвов Бахорсая и Шаркиясая. Вдоль подводящих к городу магистралей возвышаются отдельные выносные оборонительные башни. А по берегу реки над кварталами поднимается на десятки метров крепостное ядро, открывающее перспективы для обзора и обстрела подступов к городу.

Нет, пожалуй, ни одного памятника в оазисе Ташкентском, с коим связано было бы столько сказаний и легенд, как с Шаркией. Одна из них рассказывает о том, как долго длилась непрерывная битва жителей осажденного города с бесчисленными полчищами захватчиков. Уже подведены стенобитные машины, в крепостных бастионах пробиты бреши, во многих домах пылают пожары от сосудов с «греческим огнем», а на головы нападающих продолжают литься потоки раскаленной смолы, сыплется град стрел и каменных ядер. Кажется, силы защитников неиссякаемы. И вдруг все стихло, неожиданно город прекратил сопротивление. Возбужденные боем и предстоящей добычей, конники и пешие воины завоевателей врываются в распахнутые ворота и мчатся по улицам обезлюдевшего города. Вот и центральная площадь, неподалеку блещут воды Сырдарьи, в могучие волны которой можно сбросить последних защитников. Но неожиданно, прямо на глазах наступающих, жители города исчезают в подземельях под берегом реки, унося с собой ценности и оружие. Наиболее храбрые воины кинулись вслед за ними, но подземелье бесследно поглотило храбрецов. Ни один из них не вышел на поверхность.

Причудливая система лабиринтов подземелий и сейчас еще тянется на десятки километров в лёссовой толще городских окрестностей, сплетается с подземельями городских кварталов Шаркии и уходит под Сырдарьей на другой берег, ожидая смельчака, который раскроет путь последних защитников города.

В легендах сквозь завуалированную сказочную оболочку проглядывают интересные исторические сведения о борьбе с захватчиками, густоте застроек города и долины реки.

Оснований для легенд было более, чем достаточно: Могучая Сырдарья, непрерывно угрожавшая берегу, смывает городские кварталы, открывая взору скопления гигантских сосудов, глубокие колодцы, зияющие устья сводов, нависающие башни монументальных строений и сложные системы подземных городских коммуникаций.

Само название городища, бытующее ныне, отражает его историю. Много лет тому назад в 1392 г. во время одного из завоевательных восточных походов воинственный Тимур оценил значение этого пункта, удобного для переправы, и приказал возвести на берегу Сырдарьи мощную крепость, назвав ее в честь старшего сына Шахрухией. Важным военно-стратегическим пунктом считал Шахрухию последний Тимурид Мухаммад Захираддин Бабур. В XVI—XVII столетиях она была вторым по величине после столицы городом Ташкентского владения в составе Узбекского ханства. Здесь жили наследники ханов Ташкента.

Многие ученые-археологи проявляли интерес к этому городу. Но привлекали их не только страницы истории.

Как показывает маршрут арабских дорожников, Шахрухия лежит на руинах более древнего города, известного в восточных хрониках под названием Бенакет.

Город Шахруха

Каньон рва, окружающего Шахрухию.

По описаниям географов Востока, отсюда шли пути к долине Чирчика и далее в Ташкент.

Нам удалось проследить пути, которые отмечены цепочками крепостей: один шел к крупному городу Нукету, стоявшему на месте селения Тойтепа, другой — в горнорудный район долины Ахангарана.

Следовательно, на месте Шахрухии стоял важный и древний город оазиса. Когда же он возник? Об этом умалчивают древние хроники, но архив сохранился. Это сами руины. И ответ на этот вопрос о возрасте города могут дать лишь археологические раскопки.

Поэтому под его стенами вырос небольшой палаточный городок, обитатели которого в содружестве с краеведами занимались раскопками городских руин. Открыта линия городского магистрального водопровода. Система его уникальна. Сложенный из жженого кирпича в форме арки со стреловидным сводом, он проходит под улицей на глубине 4 м. Через одинаковые промежутки с поверхности в него опускались цилиндрические колодцы, служившие для подъема воды и чистки сооружения. Разветвления водопровода в городе завершали сардобхона. Раскопки дали хорошие результаты: вскрыты хранилища с сосудами большой емкости — хумами, мастерские стеклодувов с интересной конструкцией печей для варки стекла и т. д.

Главная задача первых раскопок заключалась в следующем — прорезать могучую толщу культурных наслоений, достигнуть самых древних уровней, определить время возникновения жизни города и переправы. Задача эта нелегкая. Мощность слоев нависающих над Сырдарьей разновременных построек, которые раскрывают картину жизни различных эпох, местами достигает 15 м. Но труд был вознагражден интереснейшими находками: расчищая от вековой пыли остатки строений, на глубине около 13 м близ материка нашли обломки грубой посуды первых столетий нашей эры. Значит город появился не менее двух тысячелетий тому назад, когда Ташкентский оазис входил в состав Кангюя — страны могучих туров.

Здесь обнаружены прекрасные глазурованные сосуды, подняты и ранние монеты Ташкентского государства: крошечный медный кружок, на одной стороне которого орлиный профиль царя в диадеме, на другой — царский родовой знак тамга и неопределенные значки древней, чачской надписи. Вскрыты монументальные стены раннефеодальных построек, сеть которых особенно густа в IX—XI столетиях, дома из жженого кирпича, водопроводы, хаузы. В IX—X столетиях этот город был торговым и культурным центром, в котором пересекались караванные пути купцов из Индии и Семиречья, Хорасана и Багдада. Отсюда на восточные рынки вывозились туркестанские ткани и посуда, изделия из металла, оружие.

«Процветающий город» — обычный эпитет Бенакета в устах восточных географов. Воинственный дух горожан запечатлен в сообщениях источников о том, что город лишен крепостных стен саманидскими правителями «ввиду мятежности и вольнолюбия жителей».

Однако вглядимся внимательно в этот текст — город Бенакет даже в X в. был лишен крепостных сооружений?

Но ведь мы ясно видим цепочку валов. Значит, либо, несмотря на все совпадения, перед нами не Бенакет (ведь не могли же средневековые путешественники не заметить такой важной детали, как крепостные стены), либо стены появились позднее, чем сообщения хроник о городе.

И начинаются новые раскопки, на этот раз крепостных сооружений. Нашему взору предстает монументальная стена из пахсы — крупных глиняных блоков. А снаружи к ней примыкает полукруг кирпичной башни для обороны на двух уровнях. Нижний ярус — круглый, в форме цилиндра, верхний сужается конусом к вершине. Их разделял бревенчатый настил. Бревна, конечно, не сохранились, но были расчищены следы 8 балок, расходящихся от центра и выступающих концами над башней. Здесь, вероятно, было специальное устройство для борьбы со стенобитными машинами осаждающих.

Когда же построены стены и башни? Пахса, глиняные блоки — это строительный материал, из которого воздвигались стены и два с половиной тысячелетия тому назад, и в последние столетия. Размер кирпича более определенный, мелкого стандарта, характерный для феодальной эпохи. Но нам и этого недостаточно. Тайну должны раскрыть находки, предметы обихода и оружие воинов-защитников — ведь к башне должны примыкать помещения для отдыха воинов! Действительно, внутри башни мы попадаем в крошечную комнату, отделенную защитной стеной от боевого отсека. Здесь вдоль стен две глиняных скамьи-суфы для отдыха, на полу обломки сосудов — корчажка для воды и пиалы, орнамент которых (синего и черного цвета под белой глазурью) позволяет безошибочно датировать их эпохой Тимуридов — XV столетием.

Ну, а если стены все же возведены раньше и лишь повторно использовались Тимуридами? Раскопки продолжались вниз. Кладка кончается, вот и основание башни. И здесь нашлась разгадка времени строительства. В фундамент башни для гидроизоляции были уложены тысячи обломков разбитых сосудов — горшков, чаш, хумов. Чаши здесь и VI столетия, и X, и даже начала XIII. Значит, действительно, стены в X столетии не было и возвели ее гораздо позже, после XIII в., скорее всего, при Тимуре, когда воздвигалась крепость Шахруха.

Но задолго до этого город пережил тяжелую историю. В XI—XII столетиях он становится центром одного крупного рода правящей династии Караханидов, и уже не Ташкент, а Бенакет в конце XII в. чеканит монету. А когда разразилась борьба между Мухаммадом Хорезм-шахом и татаро-монголами, Чингиз-хан двинул против Бенакета по Сырдарье из Отрара специальный отряд. Осада города на переправе продолжалась несколько дней. После жестокого штурма Бенакет был взят. В раскопках встретили следы разрушений и битв в виде пожарищ и руин. Не об этих ли битвах рассказывают легенды?

И лишь через полтора столетия на руинах города выросла новая крепость Тимура.

Так, благодаря раскопкам и источникам слилась для нас воедино история двух городов — Бенакета и Шахрухии.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *