Архитектура        18 июля 2012        85         0

Гробницы периода Раннего царства

Египет.

Переходя к рассмотрению гробниц, мы имеем возможность пользоваться обширным материалом дошедших до нас разнообразных усыпальниц. Для правильного понимания ряда явлений в искусстве Древнего Египта очень важно иметь в виду, что как в Раннем царстве, так и позднее в основе заупокойного культа, принимавшего различные формы, лежали те же примитивные представления о сохранении у умерших потребностей, свойственных живым людям. Главной задачей заупокойного культа всегда оставалось стремление сохранить тело умершего и обеспечить его достаточным питанием. Следовательно, гробница должна была являться таким помещением, где труп находился бы в целости, куда было бы поставлено все, что требовалось в потустороннем мире, и куда родные умершего могли бы приносить припасы, необходимые для его существования в том мире. С развитием заупокойного культа прибавилось еще одно требование.

Известно, что, веря в посмертную жизнь, первобытный человек пытался в какой-то мере сберечь от тления тела умерших родичей или хотя бы их головы. В Египте же с его исключительно сухим климатом не ограничились сохранением черепов или бальзамированием голов умерших родичей, а постепенно, в итоге длительных поисков уже в пределах развитого классового общества, выработали сложный процесс общей мумификации трупа. Однако вначале способы бальзамирования были еще несовершенны, и во второй половине Раннего царства в гробницы начали ставить статуи умерших — как замену тела в случае его порчи. Считалось, что душа, за неимением тела, может войти в статую и оживить ее, благодаря чему загробная жизнь умершего будет продолжаться. Следовательно, в гробнице должно было появиться и помещение для статуи.

Дошедший материал не дает возможности восстановить полную картину изменений в заупокойных верованиях и обрядах, однако имеющиеся данные позволяют показать основной характер этих изменений, что в свою очередь вскрывает закономерности в развитии гробниц периода Раннего царства. Хотя некрополей I-II династий обнаружено немало, однако многое еще остается неизвестным.

До сих пор не найдены гробницы всех фараонов, правивших в течение рассматриваемого периода; не установлен ряд существенных черт в архитектуре гробниц, особенно в надземной части усыпальниц, сохранившихся очень плохо, а чаще всего не сохранившихся вообще. Поэтому по некоторым вопросам приходится высказываться с известной осторожностью, тем более что продолжающиеся археологические исследования подчас вносят серьезные коррективы в существующие гипотезы, от назначения усыпальниц целых некрополей до характера надземных частей гробниц.

Из кладбищ I-II династий наибольшее значение имеют некрополи в Саккаре и Абидосе, где сосредоточены памятники царей и виднейших вельмож, то есть лучше всего сохранившиеся и наиболее интересные в архитектурном отношении произведения заупокойного зодчества Раннего царства. Именно здесь, в этой группе обширных и прекрасно оформленных гробниц, встречается и самое раннее применение наиболее прочного из имевшихся у египетских зодчих материалов — камня, и появление свода, и ряд иных новшеств. Это вполне понятно, так как только царям и лицам из их ближайшего окружения было доступно тогда сооружение больших гробниц, в частности добыча и обработка камня: количества рабочих рук, потребного для таких работ, не было в распоряжении рядовых свободных в рабовладельческой деспотии. Творческие замыслы зодчих в первую очередь также направлялись на усовершенствование усыпальниц наиболее могущественных людей этой деспотии.

Наиболее хорошо сохранившимся образцом царской усыпальницы Раннего царства до настоящего времени является открытая в 1956 г. в Саккаре гробница царицы Хер-Нейт (I династия). Гробница состоит из двух частей — надземной и подземной. Последняя вырублена в известняковом массиве; в ней два помещения, расположенных одно над другим, с лестницей вдоль северной стены.

Гробницы периода Раннего царства

 Наружная стена
Гробницы периода Раннего царства

Реконструкция

В нижнем из них пол был покрыт деревом, а стены облицованы кирпичом; здесь некогда стоял деревянный саркофаг, части которого вместе с костями скелета царицы и предметами погребального инвентаря были найдены археологами. Основу перекрытия погребальной камеры составляли бревна; их концы были укреплены в кирпичной облицовке стен. Поверх бревен лежали каменные плиты. Каменная притолока в южной части камеры была украшена рельефными фигурами львов — стражей гробницы. Верхнее помещение, видимо, служило кладовой для части предметов заупокойного ритуала, точнее определить назначение этой комнаты трудно, так как гробница еще в древности пострадала от пожара и вещи внутри нее сохранились далеко не полностью. После погребения над всей подземной частью гробницы был насыпан прямоугольный холм из мелких камней. Он был облицован кирпичом, а затем над ним было построено прямоугольное большое (45×22 м) кирпичное сооружение, разделенное внутри на ряд изолированных помещений. Стены его в целях лучшей устойчивости шли под небольшим углом так, что в целом получалось очертание усеченной пирамиды. Древние гробницы такой формы называются жителями современного Египта «мастаба» — «скамья»; к разбору возникновения и развития мастабы мы обратимся ниже, при обзоре гробниц частных лиц. Снаружи все четыре стороны мастабы Хер-Нейт были оформлены в виде перемежающихся выступов и ниш, которые, в свою очередь, расчленялись на более мелкие продольные выступы и углубления. Кое-где на стенах сохранилась роспись красной и желтой краской. Вокруг мастабы на низкой базе стояли глиняные головы быков с настоящими бычьими рогами. Гробницу окружала массивная стена. Почва между мастабой и этой стеной была промазана илом и окрашена в зеленый цвет.

Основным, культовым фасадом мастабы был восточный: с этой стороны в южной части внешней стены был вход; между стеной и самой мастабой было найдено множество глиняных сосудов с жертвоприношениями. У входа был обнаружен скелет собаки, похороненной в неглубокой яме и как бы сторожившей гробницу.

Таким образом, усыпальница царицы Хер-Нейт представляла собой большое монументальное сооружение, четко спланированное, с выработанными формами декорировкн. То, что мы имеем здесь уже сложившийся тип гробницы, подтверждается наличием всех основных ее элементов в других аналогичных гробницах. И в том же некрополе Саккары, и в большой мастабе в Нагаде мы находим ту же строительную технику, ту же четкость планировки помещений, тот же принцип оформления фасадов. Различия между указанными гробницами относятся к частностям. Они были обусловлены, с одной стороны, развитием техники, употреблением новых материалов и новых строительных приемов. Например, у входа в подземную часть мастабы Удиму притолока и косяки были из известняка. С другой же стороны, изменения в устройстве царских усыпальниц появлялись под влиянием развивавшегося заупокойного культа. Около мастабы последнего царя I династии Ка, у северной стороны, был уже построен заупокойный храм, в котором стояли две деревянные статуи.

Вокруг царских мастаб устраивались могилы для слуг, по-видимому, убивавшихся во время погребения царя. Около мастабы Джета были обнаружены шестьдесят две такие гробницы; в них были скелеты восьми молодых женщин и карлика, большинство же похороненных оказалось молодыми мужчинами в возрасте около 25 лет.

Царские гробницы в Саккаре были некогда богато декорированы. Их внутренние помещения, вначале обивавшиеся циновками, позднее оформлялись с большой пышностью. Подчас они расписывались в подражание сложным переплетениям многоцветных циновок, и разнообразные сочетания красных, белых, черных, синих, зеленых и желтых узоров, точно ярким ковром, покрывали стены погребальных камер. Иногда же оформление было еще богаче: в гробнице Джета деревянные панели камеры были обиты листовым золотом.

Достаточно монументален и декоративен был и общий внешний вид некрополя. И сами мастабы, и окружавшие их стены были ярко раскрашены, и пестрые массивы гигантских усыпальниц, с их строго чередовавшимися нишами и выступами, выделялись многоцветными пятнами па желтом фоне песков и камней плоскогорья Саккары.

С царским культом была связана группа очень интересных архитектурных памятников, найденных в Абидосе. Они имеют вид гробниц и сначала считались подлинными погребениями царей I и II династий, хотя в них не было обнаружено человеческих останков. Однако после находок в Саккаре царских погребений I династии стало несомненным, что из двух усыпальниц одного и того же царя, устроенных в разных местах, одна была кенотафом, то есть ложной гробницей.

Такие кенотафы, известные от более поздних периодов, устраивали в различных ритуальных целях. По-видимому, кенотафы находились в Абидосе, так как человеческие останки найдены в погребениях Саккары. К тому же гробницы в Саккаре крупнее, монументальнее, они отличаются более разработанным оформлением: если подземная часть мастабы Гора-Аха в Саккаре состоит из пяти помещений, то кенотаф этого фараона в Абидосе имеет лишь одно. Абидосские кенотафы сохраняют в своей архитектуре некоторые архаические черты. Создается впечатление, что кенотафы воспроизводят древний тип могилы, тогда как в Саккаре строились сложные гробницы, применялись все технические и художественные средства, освоенные к моменту постройки. В Саккаре богаче был и погребальный инвентарь.

Причины появления царских кенотафов в Абидосе до сих пор еще недостаточно ясны. Возможно, что это было связано с основанием некрополя фараонов I династии около Мемфиса, в Саккаре, при Менесе-Нармере, который, по преданию, происходил из Абидосского нома. Перенеся свою резиденцию по политическим причинам при объединении Египта на север, в начало Дельты, Менес счел нужным там же построить и свою гробницу. Если учесть представления о важности погребения среди гробниц предков, то возможно, что одновременно Менес соорудил в своем родовом некрополе, в Абидосе, взамен подлинного погребения ложную гробницу, совершение заупокойного культа перед которой должно было сохранить посмертную связь царя с духами предков. Преемники Менеса продолжали его традицию и наряду с постройкой гробниц около Мемфиса, в некрополе Саккары, сооружали ложные гробницы на кладбище своих предков в Абидосе.

В то же время абидосские кенотафы, видимо, были связаны с праздником хеб-сед, игравшим большую роль в царском культе. Поскольку оформление хеб-седа имело определенное значение для истории египетского искусства, необходимо вкратце остановиться на содержании этого ритуала. Хотя не все еще в нем ясно, однако можно с уверенностью сказать, что его целью было «возрождение» престарелого или больного царя. В ряду представлений, связывавшихся в Древнем Египте с фараоном и восходивших к первобытнообщинному строю, было верование в то, что плодородие природы обусловлено физическим состоянием царя.

Известно, что у ряда племен в различных странах был широко распространен основанный на подобных представлениях обычай ритуального убийства предводителя, начинавшего слабеть и особенно стареть, так как считалось, что он уже не может обеспечить благосостояние племени. Постепенно такой обычай сменился обрядом «возрождения» правителя.

В ходе ритуала в особый шатер ставили статую, изображавшую «убитого» царя, последний же, якобы заново помолодевший, совершал перед шатром особый ритуальный бег. Затем статую погребали и повторяли обряд коронации, после чего считалось, что престолом отныне вновь обладает полный сил правитель. Естественно, что для хеб-седа требовалось возведение ложной гробницы — кенотафа. Были ли абидосские кенотафы именно хеб-седными, решить пока еще трудно.

Существует предположение, что абидосские царские кенотафы Раннего царства имели вид простых курганов. Однако утверждать что-либо нельзя, так как сохранились лишь большие закругленные наверху монолитные стелы, на которых крупными рельефными иероглифами написано имя царя. Около каждого кенотафа стояли две такие стелы. Нижние части стел (около четверти всей поверхности) оставались без декорировки, так как они были врыты в землю.

В наиболее ранних кенотафах подземные помещения состояли из одной комнаты. Позднее стали устраивать изолированные кладовые, причем в кенотафе Ка, последнего царя I династии, они располагались не только вокруг центральной камеры, но и по обеим сторонам лестницы. Подземные помещения кенотафов были облицованы кирпичом и обшиты деревянными планками. Полы обычно были тоже покрыты деревом; в кенотафе Удиму пол был выстлан плитками гранита, а у Хасехемуи — плитками известняка. Перекрытия, как и в царских мастабах Саккары, состояли из балок, концы которых входили в кирпичную облицовку. Балки снизу обшивались деревянными планками, сверху на них накладывались слои кирпича, веток, тростника.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *