Техника живописи и скульптурные приемы        09 марта 2012        99         0

Искусство Крита

iskusstvo-kritaРаннеминойский период на Крите (2800-2100 гг. до н. э.) интересен главным образом керамикой и первыми бронзовыми орудиями. В сосудах этого времени, отличающихся простотой объемов, уже ощущается тяготение критян к более живым, не строго симметрическим формам. Такова относящаяся к середине 3 тысячелетия до н. э. ваза, по форме напоминающая кувшин. Для нее характерны свободная асимметричность в расположении ручки и горлышка и простой, состоящий из темных полосок орнамент. Примечательно стремление отойти от метрической повторности в нанесении орнамента, ввести в него ритмическую динамику и разнообразие. Выразительны сосуды с удлиненным горлышком из Василики. В какой-то мере они предвосхищают будущие греческие ритоны и носят явно изобразительный характер. Тулово вазы — это тело птицы, а ручка напоминает голову с крупным клювом. Скульптура в раннеминойский период носила зачаточный характер. От кикладской скульптуры ее отличает меньший интерес к пластической архитектонике и стремление к более свободному экспрессивно-живописному силуэту.

В среднеминойский период борьба за преобладание между различными центрами завершается победой Кносса, приведшей к созданию на Крите централизованного государства. В течение среднеминойского периода критяне переходят к систематическому изготовлению бронзовых орудий и оружия, появляется гончарный круг. Накопление материальных богатств, возможность их планомерного использования и одновременное усложнение духовной жизни общества, перешедшего на более высокую стадию своего развития, приводят к возникновению письменности, расцвету не только художественных ремесел, но и таких видов искусства, как живопись, пластика. Возникает зодчество — основа всякой значительной художественной культуры, организующее вокруг себя все остальные виды пластических искусств. В 16 в. до н. э. Крит достигает апогея своего могущества: флот его господствует на море, дорожная сеть расширяется и охватывает весь остров. Наступает время наивысшего расцвета критской культуры.

В начале 2 тысячелетия в Кноссе, Маллии и Фесте были воздвигнуты первые ансамбли дворцов. План и облик первого Кносского дворца могут быть определены лишь в общих чертах, поскольку позднее он был полностью перестроен и значительно расширен. Он занимал площадь примерно 150 на 90 метров и, в отличие от позднейшего дворца, был укреплен крепостной стеной. Видимо, весь комплекс состоял из собственно дворца и из укрепленной цитадели, заселенной не только царской семьей. Стены дворцов строились в технике, состоящей из деревянного каркаса с сырцовой кладкой. Нижние части стен, особенно внешних, выкладывались или облицовывались большими известняковыми плитами; внутренние стены штукатурились и в парадных помещениях расписывались фресками.

Около 1600 г. до н. э. создается огромный комплекс заново перестроенного дворца в Кноссе. Новый дворец уже не был окружен крепостной стеной. Комплекс двух- и трехэтажного дворца занимал около 10 тысяч квадратных метров. Планировка его помещений отличалась свободной живописностью, асимметричностью, подчеркнутой еще и тем, что строители дворца избегали жесткой нивелировки почвы. Часто помещения дворца, расположенные на разных уровнях, соединялись широкими лестничными переходами. Чередование открытых дворов, то больших, то малых затененных помещений, живая смена мглы и света, неожиданные повороты маршрута были порождены не только частыми расширениями дворца. Они воплощали определенную архитектурно-эстетическую концепцию. При всей сложности и запутанности плана дворца в нем прослеживается определенный эстетический и планировочный принцип. В стихийно складывающийся ансамбль застройки вводилось несколько вносящих определенную организованность планировочных акцентов. Так, к главным входам во дворец вели широкие парадные лестницы. Примерно в центре дворцового комплекса находился большой, вытянутый с севера на юг прямоугольный двор протяженностью около 50 метров. В западной части дворца был расположен большой тронный зал. Так называемый большой Коридор процессий, определяя основной маршрут восприятия архитектуры, вел к парадным залам.

Хотя основой архитектурной конструкции дворца являлась стена, несущая на себе груз потолочных перекрытий, все же большую роль, причем не только утилитарно конструктивную, но и художественно выразительную, играли и колонны — оштукатуренные и окрашенные деревянные столбы, установленные на каменном или гипсовом основании. Своеобразие этих колонн состоит и том, что они расширяются кверху.

Для Кносского дворца характерно, что его архитектурный образ определяется не особой трактовкой монументального объема, а живым богатством развитого внутреннего пространства. Особенно полно живописно-декоративный характер интерьеров Кносского дворца раскрывается в тронном зале. На его розово-алых стенах, по сторонам от трона с высокой волнистой спинкой, размещались фрески с изображением грифонов, лежащих на фоне стилизованного пейзажа с волнистыми линиями желтой и коричнево-красной земли и столь же декоративно изображенными цветущими растениями.

Росписи тронного зала представляют критскую живопись сравнительно позднего времени. Более ранней настенной живописи была свойственна подчеркнутая плоскостность и условная стилизованность в передаче натуры. Одним из памятников такого типа является фрагмент росписи из Кносса — так называемый «Собиратель шафрана». Нанося на красный фон силуэты зелено-голубоватой фигуры и похожих на белые языки пламени цветов, мастер добивался впечатления гибкости и декоративности. Проблема анатомически правильной передачи форм тела при этом, по существу, не ставилась.

В позднеминойский период живопись Крита, сохраняя общую условность стиля, стремится к большей жизненности изображения. Так, в фрагменте фрески «Кошка, охотящаяся за птицей» художник сочетает декоративную динамику силуэтов с очень живой передачей сторожкости движений крадущейся кошки. В более парадных композициях, например в упомянутой ранее росписи с грифонами, продолжает развиваться декоративно-плоскостной и условный стиль изображения.

В позднеминойский период мастера настенной живописи наряду с большими фризообразными монументальными композициями, охватывающими всю поверхность стен, создают (обычно в небольших помещениях) маленькие фресковые вставки в общий декор стены, — такова фреска с изображением женских фигур, поражающая элегантной легкостью фактуры и изысканным, почти манерным изяществом композиции. Несколько значительнее по размерам композиция «Акробаты и бык» (Гераклион, Музей). В плоскостно трактованной, вытянутой в длину, как большинство росписей позднеминойского периода, фреске поражает острое чувство выразительности человеческого движения. Силуэты фигур передают три последовательных этапа при выполнении акробатического прыжка, древний художник как бы «раскадровывает» мотив движения, разбивает его на три следующие одна за другой фазы.

Среди дошедших до нас фрагментов росписей позднеминойского периода особого внимания заслуживает остаток большой фрески, изображающей группу зрителей, присутствующих при некоей придворной церемонии или культовых играх (Гераклион, Музей). В них поражают образы женщин, полные кокетливого очарования и лишенные какого бы то ни было оттенка монументальной торжественности. Отличающаяся нежной легкостью красок фреска наглядно воплощает жизнерадостный, почти что гедонистический характер мировосприятия, которым проникнуто критское искусство. Такой же характер носит и широко известное изображение так называемой «Парижанки».

Особое место благодаря своей относительной сохранности занимает фреска Коридора процессий, посвященная торжественному шествию юношей, несущих ритоны, очевидно, с жертвенными приношениями. Фреска дает наглядное представление о фризообразном и плоскостном решении композиции в критской живописи. Это текущий вдоль стены поток, слагаемый из изолированных человеческих фигур, связанных, однако, единым ритмом. Цветовой гармонией и утонченной гибкостью силуэта отличается изображение юноши царя или жреца, любопытное в том отношении, что древний мастер сочетает технику декоративной живописи с невысоким пластическим рельефом.

До нас не дошло произведений монументальной критской скульптуры, выполненной в бронзе или камне. Круглая пластика Крита — это преимущественно полихромные статуэтки, фаянсовые или из слоновой кости. К лучшим из них принадлежат изображения женщин со змеями. Живое ощущение движения тела при фронтальности позы и декоративности цвета, а главное, эмоциональная свежесть делают их одним из замечательных явлений в развитии малой пластики. Судя по всему, эти статуэтки носили культовый магический характер, будучи связаны с культом хтонических божеств, в котором большое значение имел образ выходящего из-под земли и уходящего в нее змея.

Особый расцвет в этот период переживает прикладное искусство, в частности ювелирное. Вероятно, наиболее ярким примером могут служить знаменитые золотые кубки из Вафио. В сцене поимки и приручения дикого быка на одном из кубков с удивительной силой сопоставлена могучая тяжеловесность быка — то спокойно стоящего, то бешено несущегося — с гибкой стремительностью и энергией фигур охотников.

Наивысшего подъема достигает критская керамика. Ее расцвет начинается в среднеминойский период с валовой росписи, так называемого стиля «камарес» (19 -18 вв. до н. э.). Вазы украшались стилизованным растительным орнаментом, который благодаря подчеркнутой плоскостности и мягкой текучести круглящихся линий гармонично сочетался с формами сосудов. В конце среднеминойского периода орнамент сменяется изображением растений, цветов, осьминогов, рыб, пленяющих единством жизненной правдивости и декоративной выразительности.

Керамика конца среднеминойского и почти всего позднеминойского периода — одна из абсолютных вершин в развитии декоративно-прикладного искусства. Типы ваз отличаются богатством и разнообразием, но для всех вариантов характерно ощущение упругой текучести, своего рода вязкости форм. Они не столь «архитектоничны», сколько «органичны» в своей пластической жизни. Будь то напряженная грузность приземисто-округлого сосуда или легкость грациозно удлиненной амфоры — всегда объемная форма критского сосуда вызывает ощущение движения, текучести, упругого напряжения. Отсюда особенно органично выглядит роспись этих сосудов, построенная на гибких силуэтах, на зыбкой подвижности ритма. Таковы стройные ветви цветущих лилий, украшающих удлиненную вазу, осьминоги, оплетающие причудливым движением щупалец шарообразные или слегка сплюснутые сосуды, или гибкие силуэты рыб, стремительное движение которых гармонически контрастирует с медленным колебанием морских звезд.

Позднеминойские мастера свободно размещают на мягко-желтоватом или розоватом фоне одни или несколько цветков, используя контраст между пышной формой сосуда и гибкой стройностью стебля тюльпана, на котором вырастает сочное округло-удлиненное пятно венчика цветка. В этот период обогащается и колористическая гамма вазописи. Такова очаровательная ваза с сиреневой поливой и выведенными по ней изящными белыми лилиями (Гераклион, Музей). В позднеминойский период усиливается реализм вазовых росписей, главным образом посвященных морю. Таковы вазы с осьминогами, наутилусами, морскими звездами.

В 15 в. до н. э. в критском искусстве происходит перелом: орнаментально-декоративные моменты резко усиливаются. Однако это не возврат к старой не лишенной наивности схематизации, а, скорее, утонченная, несколько графически суховатая стилизация. Искусство этого периода обычно обозначается термином «дворцовый стиль».

Расцвет прикладных искусств на Крите проявился не только в области керамики. Широкое распространение получает производство каменных сосудов, выполненных из стеатита. Среди них особенно интересен сосуд, изображающий группу жнецов, возвращающихся с поля. Рельефное изображение отличает текучая вязкость не очень четко проработанной пластической формы при едином ритме и своеобразном наивном реализме в передаче движения. К концу 15 в. до н. э. графичность «дворцового стиля» теряет свою изысканность, наступает процесс упрощения и примитивизации формы. Вызванный пока не ясными для нас причинами общий спад критской культуры сказывается во всех областях искусств. Например, росписи на саркофаге из Агиа Триады достаточно примитивны и условны, статуэтки этого времени — подчеркнуто схематичны.

Культура подвергшегося нашествию ахейцев Крита явно клонится к упадку. Она окончательно распалась около 12-11 вв. до н. э.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *