Передвижение и транспорт        17 октября 2012        57         0

Летать иначе

летать иначе
Год 1856 оставил в памяти Кубы особенно столицы волнующие воспоминания, отчасти сохранившиеся и поныне. Увенчанные славой чужеземные воздухоплаватели, в число которых невесть как затесался и местный житель, поднялись в воздух на борту своих наполненных газом воздушных шаров.

С появлением в 1829 году первых аэростатов Куба вступила в новую эру, сулившую человеку немало великих открытий, однако во всем этом с самого начала ощущался явный привкус трюкачества и неуемная жажда наживы. Отвага и талант растрачивались попусту, ими торговали в розницу, словно ходким товаром.

Второго марта в Гавану прибыл месье Эжен Годар, увенчанный лаврами «величайшего воздухоплавателя» того времени. Он демонстрировал свой воздушный шар Ля виль де Пари, читал занимательные лекции, продавал билеты — один сентен за полет — и с видом знаменитости непринужденно беседовал с испанской и кубинской аристократией и буржуазией.

Наблюдая, как он поднимается в воздух, провожаемый в ночное небо ослепительными вспышками фейерверка и оглушительным треском петард, отдельные представительницы прекрасного пола лишались чувств, падая в объятия своих спутников, среди которых предприимчивый Годар между тем вербовал последователей. В числе последних фигурировал и некто Матиас Перес, местный торговец. Был у Годара и соперник — некий мистер или месье Будри де Морат. Этот господин, хотя и оказался в Гаване раньше Годара — еще в начале года, был вынужден до времени оставаться в тени и обрел известность лишь в июне. Ему наконец удалось раздобыть достаточное количество серной кислоты, чтобы наполнить водородом свой воздушный шар, да и погода к тому времени установилась отменная.

Зрители, пожелавшие лицезреть полет Мората, который должен был стартовать с Марсова поля, приобретали места в «ложах» по цене от 2 до 4 песет. Пешая публика допускалась сюда через ворота с улиц Индиа и Вильянуэва, экипажи подъезжали со стороны Кальсада-де-Рейна, а служивый и цветной люд — с Кальсада-дель-Монте.

А между тем в своей лавке на улице Нептуно Матиас вконец потерял аппетит, размышляя над тем, как соорудить свой собственный воздушный шар, чтобы вкусить славу покорителя пространства. Ни материальное благополучие, ни слава «короля тентов» уже не удовлетворяли его. В груди тщеславного предпринимателя бушевали новые страсти, а затуманенному взору открывались новые горизонты. Да, далеко было до него всей прочей торгующей братии с ее умиротворенностью и жалкими помыслами. Матиас Перес не пропускал ни одной лекции Годара в театре «Такон» и в конце концов стал его учеником и другом. Позднее он получил диплом воздухоплавателя, подписанный знаменитым маэстро, и приобрел за 1200 дуро воздушный шар Ля виль де Пари.

Матиас трижды поднимался на воздушном шаре вместе с Годаром, и вот наконец первый самостоятельный полет. 12 июня, на глазах у возбужденной толпы, он рубит причальные канаты. Во время спуска возникают неполадки, катастрофа кажется неминуемой. Воздушный шар дает течь и стремительно теряет высоту. Но Матиас не падает духом: он взбирается по стропам гондолы на глазах у публики и открывает тормозной клапан.

Спустя полтора месяца, 29 июля, при сильном боковом ветре отважный, уверенный в себе кубинец вновь поднимается над Гаваной. Его взору опять предстает словно расчерченная прямоугольниками улиц столица, укрытая ковром черепичных крыш. Проходит несколько минут, и воздушный шар, пролетев над крепостью Ла-Чоррера, устремляется на северо-запад, в сторону моря.

С тех пор прошли многие годы, но никто не знает, где и как закончили свой путь воздухоплаватель и его воздушный шар. Об этом можно лишь догадываться.

Этот случай, навсегда оставшийся в памяти кубинцев, дал нашему языку новую идиому, олицетворяющую всевозможные пропажи и неудачи. И очень часто, на протяжении полувековой истории псевдо республики, наши надежды улетучивались, подобно Матиасу Пересу. Подобно незадачливому воздухоплавателю исчезали и деньги из нашей казны в карманах беззастенчивых политиканов. Не раз это удачное сравнение звучало применительно и ко многим другим, более мелким неурядицам.

Сегодня, когда наш соотечественник поднялся на высоту, о которой хозяин Ля виль де Пари не мог и мечтать, Матиас Перес вдруг неожиданно возникает в нашей памяти, ведь как бы там ни было, именно ему принадлежит пальма первенства. Хотя, несмотря на его отвагу и преданность делу, он не очень-то годится в положительные герои.

Сегодня мы можем летать иначе — с ясной перспективой на будущее.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *