Древние ремесла         12 февраля 2014        88         0

Наследственность ремесла в Египте

1392206391_nasledstvennost-remeslaЧто же собой представляли в эпоху византийского Египта свободные ремесленники? Данные законодательства, которые, как известно, относятся к членам закрепощенных государством коллегий и работникам государственных мастерских, показывают, что эти работники, будучи гражданами, юридически свободными, были на деле лишены свободы передвижения права свободного выбора профессии, и т. д. и по своему положению напоминали в известной мере бесправных рабов. Не были ли египетские ремесленники такими же прикрепленными наследственно к своей профессии тружениками? Разумеется, работники государственных мастерских вряд ли отличались по положению и участи от своих собратьев в Риме и Константинополе. Но таких работников было мало. Что же касается основной массы городских и деревенских ремесленников, то для выяснения их истинного положения необходимо рассмотреть вопрос о наследственности ремесла в Египте IV — середины VII в., т. е. установить, во-первых, существовала ли наследственная передача профессии в семье отца и, во-вторых, являлась ли эта передача, если она была, результатом наследственного принудительного прикрепления к ремеслу.

Наследственность профессии была очень распространенным явлением в греко-римском Египте. Наблюдается она и в византийском Египте. Так, например, в (III—IV вв.) отец и сыновья — кузнецы; в (IV в.) отец и два сына — плотники; в (508 г.) отец и сын — мельники-пекари; в (553 г.) два брата — плотники, два брата — миханурги; в (VI в.) два брата — изготовители колонн; в (592 г.) и (599 г.) отец и два сына — торговцы пурпурными тканями (и красильщики?); в (602 г.) отец и два сына — красильщики и т. д. Нередко отцы выдавали дочерей замуж за лиц своей профессии. В документах (568 г.) сообщается, что тесть и зять — столяры. В (606 г.) Авр. Диоскор нанимается в качестве работника к торговцу пурпурными тканями Пахимию, мы узнаем, что через четыре года Пахимий обязуется выдать за него замуж свою дочь.

О том, что обычно профессия передавалась по наследству, говорят и сами составители сохранившихся в папирусах текстов. В (514 г.) пастухи и охранники полей заявляют: «Привыкли мы по обычаю от отцов наших и предков осуществлять охрану». В (VI в.) составитель документа пишет о находящихся в тюрьме ремесленниках: «Они кузнецы и валяльщики, и плотники, и строители лодок, и нет у них от родителей и предков другого ремесла». Поскольку политика наследственного прикрепления различных групп населения (колонов, куриалов, работников государственных мастерских и т. д.) к их профессии или должности засвидетельствована источниками IV в.Т. Райль пришел к выводу, что этот процесс был завершен в Египте несколько позже, чем в других провинциях, но что, во всяком случае, в VI в. наследственность профессии — уже давно явление обычное.

В IV в. действительно не было предписанной законодательством наследственности ремесла. Свидетельствуют об этом как данные законодательства (IV в.). В связи с отсутствием квалифицированных ремесленников, главным образом строительного профиля, в IV в. был издан ряд конституций, предусматривавших предоставление ремесленникам многих специальностей некоторых льгот. В одном документе указывается, что это делается для того, чтобы ремесленники «больше желали сами стать более сведущими и (больше желали) учить своих сыновей». Следовательно, прямой обязанности учить сыновей собственному ремеслу не было до издания конституции и ею не вводилось, несмотря на острую нехватку в то время ремесленников строительных специальностей. Юридик Египта, разбирающий жалобу ткача на строителей, попытавшихся насильно отнять у него помощника, его ученика, и заставить этого ученика изучить строительное дело, указывает, что ученик обязан остаться ткачом, если он полностью овладел ремеслом и по данной специальности работает, если же нет, то он, по-видимому, имеет право заниматься другим ремеслом. Вопрос о профессии отца не ставится. Между тем если бы ремесло было принудительно-наследственным, то решение вопроса было бы предопределено профессией отца.

По всей видимости, стимулируемая правительством и традицией наследственность ремесла к VI в. стала весьма распространенным явлением, но нет оснований полагать, что носила она общеобязательный, принудительный характер. Ни в законодательстве, ни в папирусах, на которые ссылается Т. Райль, нет указаний на принудительный характер наследственности ремесла. Думается, что, если бы существовал такой закон, составители документов не сочли бы нужным подчеркивать, что ремесленники занимались ремеслом своих предков, поскольку это было бы ясно любому современнику. Конституция, о которой говорилось выше, включена без изменений в Кодекс Юстиниана. Между тем если бы к тому времени существовал закон, обязывавший сына ремесленника заниматься ремеслом отца, то текст данной конституции или, во всяком случае, ее заключительная часть была бы опущена в Кодексе Юстиниана. Не было принудительной наследственности ремесла и в первое время после арабского завоевания. Арабская администрация сохранила, как известно, многие из византийских порядков, она бы сохранила также и принудительную наследственность ремесла, тем более что нехватка ремесленников, особенно в области судостроения, ощущалась очень остро. До нас дошел греческий папирус начала VIII в. (710 г.), в котором предписывается организовать набор юношей и передать их опытным мастерам для обучения судостроительным профессиям. Если бы существовала принудительная наследственность ремесла, то, по всей вероятности, не возникла бы столь острая потребность в организации обучения юношей. Во всяком случае, было бы указано, что дети ремесленников не подлежат действию распоряжения, поскольку они должны наследовать профессию отца, либо было бы отмечено, что в связи с чрезвычайными обстоятельствами действие закона о принудительном наследовании ремесла временно отменяется и что, следовательно, можно привлечь к обучению и детей ремесленников. Кроме того, было бы обращено внимание на то обстоятельство, что распоряжение не касается детей плотников и конопатчиков, которых родители должны по-прежнему обучать сами своему ремеслу. Наконец, правда очень редко, встречаются случаи, когда профессия сына не совпадает с профессией отца. Все это позволяет утверждать, что причины наследственности ремесла в Египте следует искать не в государственном принуждении, а в силе традиции и условиях экономических, не позволявших детям ремесленников, не владевшим землей и лишенным материальных средств, найти себе более почетную и выгодную профессию.

Отсутствие для большинства ремесленников Египта принудительной наследственности ремесла, однако, не означает, что они полностью свободны были в сфере своей деятельности профессиональной. Для выяснения истинного положения ремесленников следует рассмотреть еще два вопроса, а именно: существовало ли прикрепление ремесленника к своей профессии и к месту жительства.

Окончив срок обучения и, сдав соответствующий экзамен (если таковой предусматривался договором) или, овладев в должной мере необходимыми знаниями и навыками в доме отца, работник отмечался в списке ремесленников выбранной специальности. По всей вероятности составлением списка, в первую очередь преследовались цели фискальные. Переквалификация, освоение другой специальности и выбор работы по специальности новой, не разрешались. Практически, возможно, такие случаи и бывали — иначе строители не попытались бы переманить ученика (и помощника) ткача, — но формально, по-видимому, требовалось разрешение администрации, которая в таких случаях руководствовалась изложенными в ответе юридика Египта соображениями: «Если он ремесло изучил и по специальности этой работает уже, то он да не будет на работу переведен по специальности другой». Тем самым государство добивалось устойчивости профессионального состава ремесленников, что вполне соответствовало политике прикрепления населения к своей профессии.

К своей специальности профессиональное прикрепление ремесленника должно было неизбежно повлечь за собой и прикрепление его территориальное, ибо деятельность ремесленника только в таком случае находиться могла под постоянным наблюдением. Территориальное прикрепление диктовалось и соображениями политического и главным образом фискального порядка, причем в том, что касается последних, не меньшее значение, чем заинтересованность государства, имела боязнь коллектива, в который ремесленник входил (в первую очередь корпорации), потерять налогоплательщика.

Ремесленник, по-видимому, не мог совершенно свободно выбирать место жительства. Это право предоставлялось отдельным группам или лицам в качестве особой привилегии. Такое право было дано, в частности, художникам Африки, но эта льгота не была подтверждена в Кодексе Юстиниана. Не следует прикрепление территориальное понимать, однако, как невозможность временной либо даже постоянной смены места жительства. В (412 r.) говорится о городе, в котором человек «родился или поселился». Нередко в папирусах упоминаются лица, родившиеся в месте одном и живущие или ведущие дела свои в другом. Временные перемещения, по всей вероятности, осуществлялись беспрепятственно и, возможно, даже без предварительного оповещения властей, что же касается переезда в место другое, то он должно быть, происходил только по разрешению властей, поскольку перемена места жительства связана была с изменениями, вносимыми в податные списки.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *