Обработка камня        22 сентября 2013        92         0

Некоторые сведения об организации производства каменных орудий

Процесс и организация производства каменных орудий

Существует небольшая группа археологических памятников (кремневые и каменные выработки, мастерские, где производились первичная обработка кремня и изготовление различных орудий, клады, погребения мастеров и др.), которая в какой-то степени освещает процесс и организацию производства каменных орудий. Наша задача состоит в том, чтобы на основании археологических источников попытаться осветить способы производства, формы устройства труда, этапы развития организации изготовления каменных орудий.

Добыча и обработка камня своими корнями уходят далеко вглубь первобытной эпохи, а индивидуальная специализация, существующая, очевидно, уже на ранних этапах палеолита, в тот период обусловливалась индивидуальными способностями и конкретными возможностями. С тех пор производство каменных орудий прошло долгий, многовековой путь. В рассматриваемый период — эпоху энеолита, бронзы — были известны и широко применялись два различных способа добычи кремня: натуральный, состоящий в собирании кремневых желваков, лежащих на поверхности в долинах рек; и шахтовый, использовавший различного типа выработки с целью добычи камня из-под земли (ямы, галереи, подбои и т.д.) Шахтовый способ — более интересный и перспективный для освещения и характеристики производства на Украине был исследован еще недостаточно. В 1965 г. С. Н. Бибиков исследовал кремневые выработки в Среднем Поднестровье, считавшиеся в то время чуть ли не палеолитическими, и доказал их принадлежность племенам трипольской культуры.

Трипольские кремневые выработки в Ивано-Франковской области обнаружил и исследовал В. М. Конопля. Сведения этих авторов дают представление о характере своеобразных памятников, существующих, как явствует из разведок, и на левом и на правом берегах Среднего Днестра. По форме такие кремневые выработки относятся не к шахтам, а к штольням, то есть это неглубокие ямы (0,5— 0,8 м) с боковыми проходами-галереями, соединяющими между собой отдельные камеры. Сохранившиеся входы имеют вид либо кратеро-образных впадин диаметром 2—2,5 м, либо пещер, расположенных по склонам гор. В последнем случае доступ к залеганию кремневых пластов был значительно проще. Величина камер составляла в среднем 50-60 м3. На таком пространстве одновременно могли работать не более трех-четырех человек.

Представление об устройстве днестровских штолен и работе в них значительно расширяют хорошо исследованные выработки на соседних территориях — в Польше и Белоруссии. Эти раскопки позволяют говорить о том, что штольни бывают значительно глубже и достигают 10—12 м, что иногда они имеют подбои. Для спуска в них использовались своеобразные лестницы — деревья с обрубленными ветвями. Количество ям-штолен на разных выработках различно. Например, в с. Красное Гродненской области найдено и расчищено более 650 ям, здесь же обнаружено около 100 роговых орудий для копки штолен и добычи кремня, в основном, изготовленных из рога благородного оленя. Аналогичные орудия прослежены в шахтах Польши и Венгрии. Во многих шахтах встречается копоть от костров и угли.

На Левобережье Украины также известны кремневые выработки. Большая их часть связана с территорией Донбасса (с Андреевка Славянского района, уроч. Карачук, с. Широкое Амросиевского района, с. Красное Артемовского района и др.). В ряде мест кремень нижнемелового периода выходит прямо на поверхность. Здесь его могли разрабатывать открытым способом. Такие места зафиксированы у с. Кумачево Амвросиевского района, с. Стыла Старобельского района, окрестности города Часов Яр и др. Раскопок здесь не производилось, обследовались лишь расположенные вблизи мастерские, где, кроме отшепов, собраны длинные пластины, что дает основание относить выработки к энеолитическому времени.

В 1989 г. штольневые разработки кремня на Харьковщине обнаружил Ю. Л. Буйнов. Между селами Велобцевка и Чепель Балаклаевского района тянется возвышенный берег небольшой речки Чепель. В этом месте река близко подходит к берегу и подмывает его. Кремень в виде желваков залегает несколькими слоями на глубине от 0,5 до 2—3 м. В срезе видны ямы от древних штолен и варьеров. В плане входы в штольни имели под-прямоугольную или круглую форму с отвалами по периметру. В диаметре они достигают 6—12 м. Часть ям расположена обособленно друг от друга. Но на протяжении 1,5 км вдоль самого края берега тянется сплошная цепь штолен, отвалы которых вплотную соприкасаются друг с другом. На поле, на небольшом расстоянии от выработок, лежит огромное количество желваков и битого кремня. Основную часть составляют отщепы, нуклеусы, пластины, изредка попадаются скребки. Время обнаруженных разработок пока остается не установленным, но, судя по обнаруженным пластинам, их так же, как и донецкие, следует относить к энеолиту.

Для понимания объема и организации работ в штольнях существен вопрос о количестве одновременно действующих разработок. Если выработок было 1—2 или даже 8—10, их можно расценивать как добычу кремня для нужд одного поселения или нескольких мастеров. Если же их, как в Красном Селе или Кшеменках Опатовских, было много сотен, нужно говорить о принципиально другой организации. Такие выработки характеризует стандартность форм, размеров и глубины ям, общие мастерские с огромным количеством испорченных и неоконченных орудий в основном топоров и долот.

Польские исследователи пришли к выводу, что в конце энеолита, раннем периоде бронзового века вблизи богатых кремневых залежей уже существовали специализированные поселения, основным занятием которых была добыча, изготовление и, очевидно, обмен кремневых орудий. Таким специализированным ремесленным общинам и могли принадлежать выработки типа Кшеменков Опатовских, Красного Села или даже Чепельские на Харьковщине.

На территории Украины не исследовались такие специализированные поселения, но существование их в соседних районах, первосортный кремень, которым богата Волынь, а также широкий ареал распространения типично волынских кремневых орудий, например серпов, известных в Поднепровье, на Донце и даже на Дону, дают основания предполагать существование в эпоху ранней, а, возможно, и средней бронзы специализированных поселений типа Межановиц в Польше, основным занятием населения которых являлась добыча кремня и изготовление из него орудий для обмена. Очень вероятно, что такое поселение существовало вблизи с. Сапанов Кременецкого района, где имеется огромное количество мастерских, в том числе специализированных.

Одной из особенностей камне-добывающих шахт на Украине является их принадлежность к позднему энеолиту — раннему этапу эпохи бронзы. Для более поздних периодов штольневые кремневые разработки пока не известны. По-видимому, в это время потребность в кремневых и каменных орудиях уже сокращается, и они заменяются металлическими (бронзовыми). Сохраняющиеся потребности в кремне мастера могли теперь удовлетворять без специализированных выработок за счет кремневых желваков, собираемых на поверхности.

Мастерские

Другим типом памятников, также свидетельствующим об организации производства каменных орудий, являются мастерские. Они известны в значительно большем количестве, чем выработки кремня, которые почт не оставляют следов на поверхности. Среди мастерских удается выделить несколько групп. Одну из них можно назвать семейными мастерскими. Они расположены в жилищах или рядом с ними, хорошо известны и изучены на основе поселений раннего и начала развитого периода Триполья. На позднем этапе трипольской культуры семейные мастерские уже не встречаются. Нет их и в большинстве других поздне-энеолитических обществ Украины. Среди рассматриваемых в работе культур семейные мастерские сохранились только в культуре ямочно-гребенчатого неолита. Исследователи пишут, что почти в каждом жилище этой культуры или непосредственно рядом обнаружены места обработки кремня. Характерным для них является большое количество желваков, отходов первичной обработки кремня: нуклеусов, кусков с меловой коркой, бесформенных отщепов, орудий для расщепления желваков, отбойников, отжимников и т.д. Здесь же встречаются поломанные и готовые изделия. Представляется, что только при производстве совсем небольшого объема (семейном) возможно было принести на поселение тяжелые желваки и конкреции, половину которых, в конечном счете, приходилось выбрасывать. Наличие таких мастерских свидетельствует, что в культуре ямочно-гребенчатого неолита каждая семья изготовляла сама для своих нужд необходимые для нее орудия и что мастеров, обслуживающих все поселения, здесь еще не было.

Ко второму типу относятся обще-поселенческие мастерские. Переход от семейных мастерских к общинным хорошо прослежен Е. К.Черныш на примере трипольских поселений. Сначала общинные мастерские размещались прямо на поселениях, где-нибудь на окраине или вблизи дома одного из мастеров. Позже первичную обработку кремня и изготовление заготовок орудий стали производить непосредственно вблизи кремневых выработок. Это значительно облегчало труд ремесленников. В. М. Конопля только в одном Дубенском районе Розенской области обнаружил 22 мастерские, расположенные вблизи выходов кремня на значительном расстоянии от поселений. Судя по остаткам кремне-обрабатывающего производства и типам орудий, здесь была уже распространена техника «сохранения основы». Ненужные части желваков сбивались и выбрасывались. Ядрища или основы, имеющие уже нужную форму, забирались. Окончательная обработка орудий — шлифовка, полировка, сверление, — требующая длительного времени и соответствующих орудий, проводилась уже на поселениях. На площади поздне-трипольских поселений встречаются многочисленные абразивные камни, рукоятки из кости и рога, проколки, но совершенно отсутствуют кремневые желваки, бесформенные отщепы, а также орудия типа отбойников к отжимников.

Мастерские, которые следует рассматривать как обще-поселенческие или общинные, известны в более позднее время, в КШК (культура шнуровой керамики). Особенно много их на территории Волыни, по берегам и в поймах рек Иква, Стубло, Стырь, Устье, Козинка, где расположены поселения и могильники городокско-здолбицкой и стрижовской культур. Создается впечатление, что количество мастерских значительно превышало число поселений КШК, а изготовляемая на них продукция превышала необходимую для обитающего на них населения. Остатки мастерских выглядят следующим образом. Непосредственно на местах, у скоплений кремневых желваков, занимающих участки поймы размерами 1—1,5 км, на удобном, несколько приподнятом берегу, близко к воде, устраивались мастерские. Они занимают площадь от 30 до 150 м2, сплошь усеянную расколотыми желваками и заготовками ядрищ. Готовые орудия встречаются редко. Однако по характеру заготовок различаются мастерские полифункциональные и специализированные, то есть такие, где изготовлялись только серпы или наконечники копий. Время существования мастерских определяется по находкам керамики, которая вместе с углями и костями животных в небольшом количестве обычно все же имеется в наличии на площади мастерских.

Поселения сравнительно редко расположены рядом с мастерскими и выходами кремня. Возможно, существовал какой-то запрет на заселение участков, находящихся непосредственно рядом с выходами кремня.

Остатки двух мастерских, связанных с окончательной обработкой орудий, обнаружил и исследовал И. К. Свешников на поселениях КШК, у сел Городок и Муравица на Волыни.

Концентрация мастерских КШК на территории Западной Волыни, их явное количественное преобладание над поселениями, а также распространение на значительной территории орудий из Волынского кремня, прежде всего, клиновидных топоров, серпов и наконечников дротиков, позволяют говорить не только о высокоразвитом кремне-обрабатывающем производстве, но, возможно, и о специализации отдельных поселений, основным занятием которых являлось изготовление кремневых орудий на обмен и продажу.

Район Западной Волыни в ранний и средний периоды эпохи бронзы выделялся не только масштабами производства, но и своеобразием форм орудий. Так, для клиновидных топоров характерны крупные размеры, удлиненная форма, овальный разрез обушка и зауженный тыльный конец. Для серпов раннего периода бронзового века наиболее характерны горбатая спинка, заостренное окончание, слабо выделенная рукоятка, для серпов среднего бронзового века — крупные размеры, дугообразно вогнутое лезвие, опущенный книзу, наподобие клюва, узкий конец, хорошо выделенная рукоятка прямоугольной формы, иногда отделенная от лезвия уступом. Для наконечников дротиков раннего этапа эпохи бронзы типичны крупные размеры, листовидная форма пера и чрезвычайная тонкость лезвия.

В целом, Волынский центр кремне-обработки был для своего времени одним из наиболее крупных и развитых во всей Европе.

Общинные мастерские, обслуживающие одно, а может быть, и несколько поселений, известны и в Степной Украине. Особенно выразительно их остатки выглядят на территории Порожистого Поднепровья, где имеются выходы кристаллических пород камня. Следы таких мастерских зафиксированы на поселениях Перун, Дурна Скеля, Стрильча Скеля и ряде других. Здесь находились мастерские по изготовлению сверленых топоров, от которых кроме огромного количества заготовок найдены многочисленные высверлины и отщепы. Орудия надпорожских мастерских также характеризуются специфической формой. Выделяются два типа топоров: рабочие топоры-молоты клиновидной формы с широким тупым лезвием и коротким обухом и изящные боевые топоры с удлиненным туловом и слегка опущенным закругленным лезвием. Топоры, изготовленные в мастерских порожистого Днепра, встречены во многих погребениях катакомбной культуры, в основном Левобережной Украины, Приазовья, куда они попадали, очевидно, в результате обмена.

Известны в эпоху бронзы и небольшие мастерские, обслуживающие только одно поселение. С. Н. Санжаров при раскопках катакомбного поселения под Славяногорском обнаружил мастерскую, расположенную на окраине поселения. Здесь находилось скопление кремня, состоящее из отходов производства (вторичной обработки), целых и поломанных орудий труда. Среди орудий зафиксированы серпы, наконечники дротиков, стрелы, скребки и т.д. Не вызывает сомнений, что такая мастерская обеспечивала нужды всего поселка. Не исключено, что часть продукции шла на обмен.

В период средней бронзы количество таких мастерских в степных районах по каким-то причинам сокращается, но на некоторых поселениях они, очевидно, сохраняются. Так, например, анализ каменных изделий Бородинского клада привел исследователей-петрографов к выводу, что из далеких Саянских гор в Западное Причерноморье поступало сырье, а изготовление топоров и булав производилось на месте, с одной мастерской, а возможно, и одним мастером. Кроме Бородинского клада, отдельные, немногочисленные экземпляры характерных «бородинских» топоров обнаружены в погребениях КМК и даже срубной культуры.

Среди сравнительно поздних мастерских эпохи бронзы особо следует остановиться на мастерских по добыче тальковых сланцев, идущих на изготовление литейных форм. Изучение кладов литейных форм и заготовок для них приводит к выводу, что в период бытования сабатиновской культуры, то есть примерно с середины II тыс. до н.э., современное Криворожье являлось местом добычи сланцев хлорито-талько-амфиболитного ряда. Здесь добывали кремень и изготовляли бруски, из которых делали матрицы для отливки разнообразных бронзовых изделий. Трудно определить, кому принадлежали богатые Криворожские месторождения, как и то, каким способом шло распространение тальковых литейных форм, получивших на территории Украины широкое распространение.

Не вызывает сомнения, что обще-поселенческие мастерские продолжают бытовать и в поздний период эпохи бронзы. Так, например, на Ливенцовской крепости, кроме огромного количества кремневых стрел, обнаружены выразительные следы их изготовления. Найдено большое число заготовок, испорченных изделий, а также орудия производства — ретушеры, отжимники, абразивные камни. Таким образом, стрелы, а также, возможно, и другое оружие для обороны крепости изготовлялись местными мастерами на территории поселения.

Одна из таких обще-поселенческих мастерских обнаружена на Субботовском городище чернолесской культуры. Здесь на сравнительно небольшой площадке, возможно, имевшей стены и крышу, обнаружено несколько сотен целых, а также главным образом разбитых и незаконченных зернотерок. Материалом для них служил светло-серый кварцит. По-видимому, в этом помещении не один год работал мастер, изготовлявший зернотерки для всего городища и связанных с ним поселений.

Есть основания предполагать, что в начале позднего периода бронзового века в организации изготовления каменных орудий и их распространении произошли существенные изменения. Главной причиной таких изменений является то, что необходимость в них значительно сократилась, а в ряде районов вообще исчезла. Едва ли в это время каждое поселение нуждалось в группе мастеров, изготовлявших орудия из камня. Вероятно, сохранились мастера особенно высокого класса, работавшие у себя дома и изготовлявшие изделия на заказ или на продажу. Затем с помощью посредников или сами, обходя или объезжая определенный район, они сбывали свой товар. Вероятно, так работала небольшая мастерская, обнаруженная на срубном поселении Усово озеро. В углу одного из жилищ этого поселения найдены остатки производства кремневых серпов. Кроме заготовок и отщепов здесь обнаружены отжимники и абразивные камни. Трудно представить, что мастер изготовлял такое количество орудий только для своего поселения, где, кроме кремневых, обнаружено много бронзовых серпов. Очевидно, это был мастер-одиночка, обслуживавший ряд соседних поселений и сбывавший свой, уже мало популярный, товар.

Возможно, так же было организовано распространение литейных форм, клады которых находят зарытыми в землю. Иногда такие клады состоят не только из литейных форм, но также из тальковых брусков, на которых по заказу, уже на месте, мастер мог вырезать нужное орудие, оружие или украшение.

Торговцу серпами (вкладышами), очевидно, принадлежал клад готовых изделий, найденный под полом жилища Кировского поселения.

Погребения мастеров-ремесленников

Важным источником, позволяющим судить о ремесле, являются погребения мастеров-ремесленников. Этнографические параллели натолкнули археологов на мысль, что в древности существовал обычай класть покойнику вещи, которые он изготовлял при жизни, инструменты, которыми он пользовался, то есть отмечать инвентарем профессию погребенного. На Украине, в культурах бронзового века этот обычай фиксируется лишь в нескольких культурах — ямной, катакомбной, изредка КМК. В отношении многих культур пока не вполне ясно, существовал ли такой обычай. В связи с этим следует помнить, что наличие профессионального инвентаря в погребениях является важным аргументом в пользу существования ремесленного производства, но его отсутствие не может служить доказательством обратного.

Об организации производства и его объеме на основании погребений ремесленников судить трудно. По самым предварительным подсчетам, произведенным С. Л. Братченко по катакомбной культуре Нижнего Подонья, А. А. Щепинским и О. Л. Черепановой по ямной и катакомбной культурам Степного Крыма, а также по количеству ямных и катакомбных захоронений ремесленников, зафиксированных в отчетах Херсонской, Донецкой и Каховской экспедиций за десять лет с 1975 по 1985 гг., на 100—110 погребений встречаются восемь-десять захоронений с признаками прижизненной профессии.

Отличительной чертой наиболее ранних погребений ремесленников является полифункциональность. Судя по орудиям, мастера ямной культуры изготовляли любые кремневые орудия: скребки, ножи, наконечники копий, стрел и т. д. Характерно также то, что в наиболее ранних погребениях, относящихся еще к энеолиту, найдены микролиты, карандаше-видные нуклеусы, пластины.

Для времени среднего периода бронзы, в частности для катакомбной культуры, очевидно, можно уже говорить о дифференциации мастеров. Встречаются мастера-стрелочники, мастера, изготовлявшие каменные топоры, серпы и т. д., хотя в какой-то степени полифункциональное занятие обработкой камня сохраняется и в этот период. Примером может служить захоронение у с. Приморское Запорожской области или с. Танковое Крымской области.

Можно предположить, что мастера, изготовлявшие парадные боевые топоры, делали и булавы. Об этом свидетельствует, в частности, состав Бородинского клада, включающий оба типа орудий, а также ряд погребений. Например, в окрестностях г. Луганска в кургане обнаружили захоронение, при котором найдены боевой топор и грушевидная мраморная булава с выступами.

Типы организации производства

Заканчивая характеристику памятников, так или иначе свидетельствующих об организации производства каменных орудий, следует отметить, что в настоящее время, пока не выработан даже основной научно-теоретический аппарат, когда даже такие термины, как ремесло, община и т. д., не имеют однозначного определения, изучение каменных орудий, находившихся в употреблении у племен энеолита-бронзы, может базироваться в основном на данных типологии и технологии. Хотелось бы напомнить, что прогресс в технологии нельзя отождествлять и напрямую связывать с прогрессом организации производства, зависящей от общего уровня экономики того или иного общества. Так, например, каменные изделия бондарихинской культуры были довольно высокого качества. Между тем организация производства (наличие мастерских, кладов и т.д.) выглядит здесь достаточно примитивной и даже отсталой. В то же время кремневые изделия, в частности вкладышевые серпы белогрудовской культуры, изготовленные достаточно небрежно и грубо, получили широкое распространение (известны в Крыму и на Днепре) благодаря новой технологии — употреблению составных серпов — и, очевидно, существованию широких обменных связей, что определялось, конечно, не каменными изделиями, а общим уровнем культуры.

Далее необходимо отметить, что хотя отделение ремесла от земледелия и скотоводства относится к глубокой древности и заложено еще в половозрастном разделении общественного труда и, в целом, представляет собой генеральную линию прогрессивного движения, с камне-добывающим и камнеобрабатывающим производством в эпоху бронзы все не так просто. Известно, что специализация этого производства известна еще в эпоху палеолита и мезолита. Для эпохи энеолита добыча и производство каменных изделий постоянно и неизменно продвигались вперед. Развитие шло по пути специализации, универсальная деятельность постепенно уступала место узкой специализации. К началу рассматриваемого в настоящей статье периода — позднему энеолиту — производство каменных изделий почти на всей территории Украины достигло высочайшего уровня технологии и занимало значительное место в хозяйстве.

В раннем периоде бронзового века этот процесс еще усилился. Практически все технические свойства камня к раннему этапу эпохи бронзы были мастерам известны и использовались. В ряде культур камне-добывающее и камнеобрабатывающее производство стало определяющим в экономике. Возник и широко функционировал Волынский центр изготовления клиновидных топоров и тесел. Основной причиной такого резкого подъема производства каменных орудий в этот период, очевидно, явилось радикальное изменение технологии (внедрение техники ядрищ или «сохранения основы»), при которой изготовление топоров требовало значительно меньше времени. Значение этого новшества, очевидно, было связано с возможностью расчистки земельных участков от леса и использования их под пашню, то есть с развитием земледелия. Несомненно, технология находилась в зависимости от степени общего развития экономики, и отмеченный процесс шел значительно быстрее и успешнее в трипольской культуре или шнуровых культурах, нежели в культуре ямочно-гребенчатого неолита. Новая, по польской терминологии, революционная технология «сохранения основы» значительно ускорила производственный процесс, повысила производительность труда, улучшила качество орудий, прежде всего топоров. В результате, ранний период эпохи бронзы (первая четверть II тыс. до н.э.) можно, очевидно, считать пиком развития на Украине кремне-обрабатывающего производства и в плане его технологии, и в плане организации производства. Именно к этому времени относятся кремневые разработки типа штолен, большая часть мастерских и, главное, огромное число орудий.

Между тем исторический процесс продолжался и постепенно завоевывали позиции орудия из металла. В среднем бронзовом веке наблюдается постепенное сокращение производства каменных орудий. Одновременно ухудшается их технология. Каменные орудия теряют свою престижность, и мастер тратит на их изготовление лишь то время, которое необходимо, чтобы орудия отвечали своему назначению. Особенно заметна эта тенденция в районах, связанных с металлургическими центрами. В поздний период эпохи бронзы происходит еще большее угасание камне-добывающего и камнеобрабатывающего производства. При этом одновременно с сокращением количества каменных орудий ухудшается их технология. Дольше, чем в других местах, производство каменных орудий удерживается на территории Западной Волыни. Но и здесь в конце бронзового века основные орудия труда были уже металлическими. К началу раннего железного века производство каменных орудий (за исключением зернотерок и некоторых других предметов) прекращается.

Еще один аспект необходимо учитывать при разработке данной темы. Он касается неравномерности развития производства и использования каменных орудий в различных районах Украины, обусловленной двумя причинами: общим уровнем той или иной культуры или группы близких культур и количеством сырьевых источников. В зависимости от того, как сочетались эти исходные данные, и развивалось производство. Примером наиболее благоприятного совпадения естественных условий (наличия сырья) и общего уровня культуры можно считать районы Волыни в позднем энеолите — среднем периоде эпохи бронзы, то есть в трипольской культуре, КШК, восточно-тшинецкой. Примером также может служить Левобережная Лесостепь, занятая слаборазвитыми племенами ямочно-гребенчатого неолита, не располагающими к тому же достаточными сырьевыми запасами. Сравнение двух названных групп населения хорошо показывает различие как технологии, так и организации у них камне-добывающего и камнеобрабатывающего производства. Таким образом, становится очевидно, что для территории Украины нельзя говорить о постепенной, закономерной и всеобщей смене типов производства. Выясняется, что на протяжении всего бронзового века одновременно бытовали различные типы организации производства. Так, например, в культуре ямочно-гребенчатого неолита, по-видимому, на всем протяжении ее истории основным было домашнее производство, то есть каждая семья сама добывала себе сырье и сама изготовляла необходимые орудия. В то же время в ряде культур ранней и средней поры бронзового века доминирующим являлось уже не семейное, а общинное (обще-поселенческое) ремесло. В этом случае выделялась группа наиболее способных мастеров, изготовлявших необходимые орудия для всех обитателей поселка. За это поселок кормил и одевал мастеров. Орудия производства при такой организации, скорее всего, составляли личную собственность мастеров.

Наконец, в тот же период позднего энеолита — средней бронзы в некоторых культурах (поздне-трипольской, КША, KШK, восточно-тшинецкой) можно предполагать существование специализированных коллективов (поселков), основным занятием которых были добыча камня, изготовление из него орудий и их реализация.

Создается впечатление, что в конце бронзового века организация производства по изготовлению каменных изделий носила, в значительной степени, уже товарный характер. Мастера одни или в контакте со специалистами по добыче сырья (которые часто работали изолированно и занимались исключительно заготовлением камня) изготовляли орудия, на которые существовал спрос. Среди них известны наконечники стрел, серпы, зернотерки, ступки, литейные формочки.

Реализация продукции путем продажи или обмена на какие-то другие товары проводилась либо самими мастерами, либо через посредников.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *