Архитектура        04 октября 2013        81         0

Облик Суздальского собора

Внешний облик Суздальского собора и его своеобразие во многом определило сочетание в кладке его стен двух материалов. Основные плоскости стен были сложены из разномерных плит и блоков туфа, образовавшего серовато-желтую, очень неровную поверхность. Это заставляет предположить либо обмазку, либо побелку стены, которая и при этом оставалась неровной, что обусловливало легкую игру свето-теней на ее поверхности. Из белого тесаного камня был выложен профиль цоколя, частью — лопатки и полуколонки апсид, порталы, колончатый пояс; из белого камня выполнялись и отдельные рельефы. Белокаменная кладка проходила в уровне аркатурного пояса и по апсидам (см. ниже, рис.).

Облик Суздальского собора

Суздальский собор. Абсиды.

Таким образом, сама фактура фасадов определяла их своеобразный характер. В отличие от идеальной глади белокаменных фасадов храмов XII в., на которой ясно выделялись резные детали, теперь последние выступали на фоне неровном и по фактуре, и по цвету.

Облик Суздальского собора

Часть южного фасада.

Отход от сложной формы много-обломных лопаток к простым, очень слабо членящим фасад, также как будто говорит о стремлении к простоте внешней обработки здания.

Выше мы отметили, что лопатки теряли свою связь с конструктивным скелетом постройки — западные лопатки отошли от оси столбов, а выделенная лопаткой восточная доля боковых фасадов оказалась соответствующей не одному, а двум членениям внутреннего пространства. Лопатки стали уже и тоньше и не представляли более средства усиления стены по осям распора. Стали они как бы «накладкой» на стену здания, имеющей лишь декоративный смысл. Эта утеря первоначальной конструктивной логичности лопаток была подчеркнута постановкой на угловых лопатках резных камней с изображением распластанных на угол львов, пересекавших ствол лопатки.

Облик Суздальского собора

Угловой рельеф.

Лопатки боковых фасадов также были перебиты вставками над уровнем колончатого пояса резных камней, изображающих женскую маску в килевидном киоте навитых колонках. Как показали исследования, эти камни имеют аналогичные маски и на боковых сторонах, т. е. являются трех-ликими капителями. Их, видимо, не использовали по назначению, а применили как обычный стенной резной камень.

Облик Суздальского собора

Маски северного фасада.

Также и лента орнамента, идущая над сухарчатым поясом колончатого пояса, свободно переходит на лопатку, пересекая ее поперек. Эти детали, свидетельствующие о существенных изменениях художественного мышления зодчих, относится к особенностям первоначальной декоративной системы собора: раствор, на котором они поставлены, тождествен раствору кладки древних стен. В этом же смысле показательно положение на фасаде колончатого пояса; он не отвечает по своему уровню хорам, как это было обычно раньше. Следовательно, и горизонтальное членение фасада расходится с членением внутреннего пространства.

Аркатурно-колончатый пояс по своей системе напоминает пояс южного фасада галерей владимирского Успенского собора и башен Дмитриевского собора; он, также как и там, «врезан» в поверхность стены, так что базы колонок опираются на кубическую подставку, стоящую на отливе.

Облик Суздальского собора

Суздальский собор. Маска и аркатурно-колончатый пояс южного фасада.

Система элементов пояса сходна с поясом Дмитриевского собора: колонки несут аркатуру (каждая арочка — с уступом, «в два переката»), выше идет поребрик, а над ним — лента плетенки. Однако и формы, и пропорции деталей пояса изменились: колонка теряет изящное утонение кверху, становится цилиндрической и короткой, похожей на деревянную точеную балясину; капитель становится более грузной и приобретает прямолинейные очертания, валик в ее основании утолщается; от сложной профилировки XII в. база колонки сохраняет лишь полувал с угловыми «рогами».

Особый интерес представляет конструкция пояса, доступная наблюдению в местах его разрушения на западном и северном фасадах. Отдельные элементы этого пояса теряют связь с конструкцией стены: так, капитель и камни аркатуры не имеют хвостовых частей, которые закрепляли бы их в толще бута; сзади них идет стенная кладка из дикого камня и обломков кирпича, с которой капители и арочки соединены лишь раствором. Связана со стеной была лишь подставка консоли, а колонка, капитель и арочные камни были «наборными» деталями, зажатыми сверху плитами поребрика и орнаментальной ленты, которые входили глубоко в кладку стены.

Орнамент колонок напоминает их орнаментацию в Дмитриевском соборе; однако мотивов орнамента стало значительно меньше, а количество образцов у мастеров — ограниченнее. Это в основном — плетенка из растительного побега или ленты с цветком, птицей или животным в медальонах. Подставки под колонками украшены резьбой только с одной стороны; их фас занят растительным мотивом или фигурой птицы. Верхняя часть капители украшена плетенкой; ее тело орнаментировано лишь с фаса, орнамент теряет связь с формой капители, — это просто растительный мотив, как бы наложенный на капитель. Колонки явно рассчитаны на их восприятие с одной точки зрения.

Существенно также различное отношение к орнаментации пояса на разных фасадах. Аркатуры южного фасада украшены растительными мотивами, на северном же в них помещена повторяющаяся плетенка типа «гордиева узла». Поребрик на южном фасаде весь покрыт насечкой в елочку или плетенкой так, что зубец теряет свою четкую острую форму, превращаясь как бы в ряд округлых коротких штрихованных балясинок; поребрик северного фасада лишен подобной резной обработки. Подставки под колонками на северном фасаде украшены стандартным растительным мотивом, на южном — их орнаментация разнообразнее. Вероятно, и резьба самих колонок на северном фасаде была также более единообразной по своим мотивам. По наблюдениям, над резьбой разных фасадов работали мастера различной квалификации. Фактура резьбы северного пояса обнаруживает менее искусную руку: резчик делал глубокую прорезь и не стремился скруглить углы выреза, отчего рельеф получил острую грань под 45 ͦ.

Мастер южного фасада работал более тщательно, скругляя грани резьбы; он свободно владел рисунком и варьировал его, тогда как резчик северного фасада работал, не отступая от трафарета.

Подробности убранства пояса показывают, что, по-видимому, теперь зодчие по-разному относятся к отдельным сторонам здания. Они выделяют и сосредоточивают лучшие силы на обработке главного — южного фасада Суздальского собора, выходившего на кремлевскую площадь. Северный же фасад собора, обращенный к кремлевскому валу, был второстепенным, и строители менее заботились о его убранстве.

Эти взгляды зодчих с особой яркостью сказались в обработке фасадов боковых притворов. Фасад северного притвора чрезвычайно скромен.

Облик Суздальского собора

Деталь северного притвора.

Его углы оформлены плоскими лопатками. На их карниз опирается закомара притвора (вероятно, килевидного очертания); ее профиль выложен из мелких кусков белого камня (полувал) и плитко-образного кирпича (широкая полка). Над ней был, видимо венчающий полувал. Горизонталь простого поребрика связывает лопатки с порталом, сложенным из плинфы. Последний необычайно строг и архаичен. Его профиль образован прямоугольными уступами, напоминая скупые формы порталов в постройках Юрия Долгорукого. Портал был украшен лишь фресковой окраской, прослеживаемой под росписью XVII в.

Южный притвор оформлен несравненно богаче.

Облик Суздальского собора

Южный притвор.

Его фасад в общем повторяет схему северного, с той лишь разницей, что поясок поребрика, протянутый от лопаток к порталу, заменен здесь орнаментальной лентой. Однако в карнизы боковых фасадов мастера вновь вводят поребрик, но очень своеобразной формы — он несколько выступает и нависает своими зубцами над плоскостью стены.

Облик Суздальского собора

Южный притвор; навесной поребрик и борозды кровельных кружал в кладке свода.

Притвор подвергся сильным искажениям в XIX в.: тимпан его фасада оказался выложенным из кирпича, а внешний архивольт и часть резных полукружий — переложенными. Рисунок собора на панораме 1801 г., изображающий притвор до этих искажений, позволяет предполагать, что верх тимпана первоначально украшал какой-то крупный резной камень, равно как по сторонам архивольта портала были вставлены симметричные меньшие рельефы. Суздальский собор.

Облик Суздальского собора

Южный притвор (по рисунку 1801г.)

В связи с помещением в южном портале «златых врат», золотая роспись которых посвящена «чудесам» архангела Михаила — покровителя княжеской власти, возможно, что рельеф над порталом также изображал фигуру этого архангела, или же представлял св. Георгия — патрона строителя собора. По бокам же, как на северном портале собора в Юрьеве-Польском, были вставлены маски святых. Тимпан портала завершался килевидной закомарой, аналогичной по профилю северному притвору; только его средняя лента была белокаменной, а не кирпичной, и все элементы профиля были украшены резьбой.

Портал долгое время был покрыт толстым слоем цементной штукатурки, скрывавшей его формы и позволявшей подозревать, что он сильно искажен. Однако еще Н. А. Артлебен писал, что «на колонках, находящихся около дверей, в местах, где отпала штукатурка, видны резные узоры, птицы и звери», что «под базами боковой двери паперти, вместо гладких плит, видны вырезанные фигуры зверей». Частичное раскрытие южного портала подтвердило эти наблюдения, после чего расчистку продолжили.

Портал чрезвычайно своеобразен. Обращает на себя внимание, прежде всего, несовпадение профиля архивольта и косяка портала — особенность, которую мы отмечали у порталов галерей владимирского Успенского собора. Однако здесь это несовпадение значительно резче. В своей основе профиль косяка состоит из четырех прямоугольных уступов, выложенных нормальной кладкой.

Колонки же, впервые в истории русского каменного зодчества прерванные бусиной, образованы из двух круглых, украшенных резьбой фустов, зажатых между базами и капителями и бусиной, консольно заделанной в кладку.

Облик Суздальского собора

Бусина.

Таким образом, если в XII в. полуколонна портала связывалась своим телом с кладкой портала, то теперь она превратилась в свободно стоящую, но целиком декоративную колонку. Это качество было подчеркнуто ее разрывом бусиной, введенной, может быть, под влиянием деревянного зодчества.

Колонки и бусины покрыты оплетающим их орнаментом. Рядом с нормальной канителью здесь введены продолговатые плоские плиты, украшенные резными изображениями львов.

Облик Суздальского собора

Капители.

При этом они оперты на колонку своим концом, а свободный конец плиты как бы висит в воздухе. Также вместо нормальных плит в основании косяка положены резные камни.

Внутренние колонки короче внешних; основания приподняты над уровнем цоколя, который не объединяет теперь косяков порталов общей базой. Таким образом, здесь мастера резко порывают со строгой системой порталов XII в., уходя в сторону свободной декоративной трактовки их элементов.

В отличие от южного, портал западного притвора характеризуется четкой системой, развивающей традиции XII в.

Чередование колонок и прямоугольных выступов в косяках точно соответствует профилю архивольта, выложенного из тонких фасонных брусков белого камня, как бы из лекального кирпича. Косяки имеют общую цокольную профилированную основу с рогатыми базами под колонками. Правда, и здесь мастера сделали одну базу для двух элементов косяка. Однако пропорции портала своеобразны. Он очень широк, что подчеркнуто пониженной дугой его архивольта. В связи с этим увеличено количество элементов портала — колонок стало четыре, а его профиль более дробный и измельченный. Высоким и тонким колонкам противоречат венчающие их тяжелые импостные капители.

Облик Суздальского собора

Резьба капителей плоскостная; при этом резчик свободно обращался со своим образцом, усложняя рисунок растительных мотивов, и шире располагал их на поверхности капители, не стремясь к строгой симметрии орнамента. Резьба покрывает также стволы наружных полу-колонок, выделяя их как «раму» портала. Архивольт же оставлен без резьбы.

Характерно и изменение формы цокольного профиля собора. По своим элементам это тот же аттический профиль, какой мы видели в памятниках XII в.

Облик Суздальского собора

Цоколь. a — Покрова на Нерли; b – Суздальского собора.

Однако, в отличие от классической ясности и строгости образца, зодчие Суздальского собора придали профилю выражение напряженности, усилив вынос его элементов. Профиль как бы сдавливается тяжестью вышележащих стен, которые «выжимают» его вперед.

Мы не знаем, как была украшена верхняя часть фасадов собора над поясом. Найденные при реставрационных работах резные полуколонны диаметром 19 и 30 см, не имеющие равных в сохранившихся частях собора, но по орнаменту идентичные с резьбой, в частности, западного портала, позволили высказать весьма вероятную гипотезу, что в верхнем ярусе здания плоские лопатки сменялись сложными с полуколоннами. К признанию, что прясла второго яруса были богато убраны резным камнем, склоняет и любовь к цветистости и узорочью, проявленная строителями в отделке интерьера собора.

Существующие на стенах резные камни представляют те же две манеры, какие мы установили в пластике Дмитриевского собора. Плоскостной орнаментальной манерой характеризуются рельефы южного портала и распластанные львы на угловых лопатках. В более высокой и округлой манере исполнены женские маски капителей, вставленных в плоскость лопаток. Эти маски несколько напоминают маску из Боголюбова, отходя от последней в сторону условной стилизации черт лица. Как в храмах Боголюбова и Владимира, маски эти видимо были, связаны с посвящением собора богородице.

Апсиды с тонкими полуколоннами, скорее всего, имели и колончатым пояс, выполненный, вероятно, в той же системе, что и пояс остальных стен. Он давал глубокую игру света и тени и делал восточный фасад собора, обращенный к въезду в кремль, очень нарядным. К тому же алтарь имел два яруса окон, раскрывавших свои глубокие ниши наружу. На апсиде диаконика находилось «весьма замечательное невысокое нижнее окно романской формы с колонками по бокам — единственный пример в церквах Суздальской области».

Рисунок этого окна, изданный Н. А. Артлебеном, был сделан незадолго до растески окна; кроме того, Артлебен ссылается на имеющийся фотографический снимок окна.

Облик Суздальского собора

Окно апсиды.

Это позволяет доверять его показаниям, хотя на рисунке собора 1801 г. (см. рис. выше) окно и не показано. Выше мы видели примеры помещения окон между колонками пояса (Боголюбово, Успенский собор и его галереи). Строители Суздальского собора сделали следующий шаг, превратив звено пояса в наличник окна. Это подтверждается окном, которое открыл А. Д. Варганов в восточном делении южного фасада собора.

Облик Суздальского собора

Окно южного фасада.

Здесь по сторонам оконного проема сделаны неглубокие выемки; в них вставлены колонки, опирающиеся на аналогичные базам пояса кубические подставки и завершаемые капителями, на которые ложатся пяты арочной перемычки.

По словам летописи, князь Юрий, разрушивший собор Мономаха, создал новую постройку, «краснейшю первыя», т. е. более прекрасное здание. Видимо, судьбу древнейшего храма на северо-востоке решила не столько его «ветхость», сколько его строгий стиль, уже не отвечавший новым художественным взглядам, воспитанным на роскошном уборе Дмитриевского собора и других построек столицы.

Входы в собор закрывались створами сделанных в 1230-1233 гг. роскошных, «писанных золотом» врат, сохранившихся в портале южного притвора и западном портале собора.

Облик Суздальского собора

Суздальский собор. Детали врат.

Мерцающее на темном фоне золото изображений и орнаментов уподобляло эти врата тяжелым златотканным завесам, опущенным в обрамлениях арок богато украшенных порталов, или гигантской иконе с «клеймами» в белокаменном «киоте».

Утварь собора отвечала декоративному богатству его архитектуры. Здесь были и произведения русских мастеров прикладного искусства, и изделия западноевропейских художественных мастерских. От этой утвари уцелели лишь жалкие остатки: литые фигурки львов, на которых покоились высокие, торжественные подсвечники,

Облик Суздальского собора

Утварь. Литые фигурки львов (ножки подсвечника).

и украшенная эмалью дарохранительница в виде голубя, изготовленная в далеком Лиможе.

Облик Суздальского собора

Утварь. Голубь (дарохранительница) и деталь хороса.

Голубь — дарохранительница, обычно подвешивавшаяся над престолом, под киворием позволяет говорить, что в алтаре собора была шатровая «сень». Из раскопок происходит обломок ветви бронзового хороса в виде дракона, близко напоминающего по рисунку дракона в клейме западных «златых врат» Суздальского собора.

Полы собора были в 1233 г. выстланы плитками майоликовыми желтого, коричневого и зеленого тонов, названными летописцем «моромором красным разноличным».

Законченная в 1233 г. роспись собора, судя по ее сохранившимся фрагментам, характеризовалась исключительно яркой красочностью и в особенности любовью к орнаменту. Он играл не меньшую роль, чем изображения святых.

Облик Суздальского собора

Суздальский собор. Орнамент.

Последние выступали в широких обрамлениях геометрического и растительного орнамента. Столь же пышной и цветистой орнаментацией были украшены косяки окон и аркосолии в стенах собора. Так, в южном аркосолии стены западной был открыт фресковый растительный орнамент с пышным малиново-красным цветком в центре, окруженным завитками побегов. Свод аркосолия был расписан подобным же орнаментом из охристых стеблей с розовыми и темно-синими цветами. Общий характер интерьера был красочен и жизнерадостен; дух официальной торжественности и представительности уступал место праздничной нарядности.

Можно думать, что и внешнее убранство собора отражало ту же тенденцию к богатой и жизнерадостной узорчатости и характеризовалось значительным применением резного камня.

Это позволяет с еще большей уверенностью говорить, что собор Суздаля был богато украшен резным камнем и развивал ту «светскую» линию в архитектуре, которая определилась в строительстве времени Всеволода III.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *