Полевые археологические исследования        09 декабря 2012        121         0

Определение возраста

Это самая первая операция в системе палеоантропологической реконструкции. Общим выводом из всех исследований, посвященных разработке способов точного определения возраста, является необходимость использования не единичных признаков, а их комплекса. Наиболее точное определение возраста достигается у индивидуумов, находящихся в процессе роста. Сроки прорезывания зубов, как при продольном, так и при поперечном обследовании прослежены во многих популяциях (Данилкович, 1967, 1973).

На основании результатов таких исследований составлены шкалы сроков прорезывания молочных и постоянных зубов; они приводятся в любом учебнике анатомии человека. С помощью таких шкал возраст у детей может быть определен с точностью до 1 года, учитывая индивидуальные колебания, в отдельных случаях — до 2 лет. Эта точность вполне достаточна, чтобы не прибегать при массовом исследовании палеоантропологического материала к рентгенографированию альвеолярного края верхней и нижней челюстей. Рснтгенографированне позволяет фиксировать эмбриональные закладки зубов в альвеолах, а также следы уже прошедшего рассасывания, что повышает точность визуального определения.

Встает вопрос: в какой мере можно распространять на ископаемого человека возрастные периоды и этапы формировании отдельных органов, в частности зубов, установленные обследованием современных людей? Единичные наблюдения указывают, что онтогенез, скажем, неандертальца отличался своей спецификой. Во всяком случае, хотя у тещик-ташца обнаруживается значительный параллелизм с современным человеком в темпе возрастных изменений, степень окостенения разных отделов скелета у него соответствует по современному масштабу возрасту в 7-9 лет, а состояние зубной системы 9-10 годам (Рохлин, 1949). Однако в популяциях современного человека не обнаружено сколько-нибудь заметной разницы в темпах возрастной изменчивости, и поэтому современный масштаб прорезывания зубов вполне приложим к определению детского возраста в палеоантропологических коллекциях, начиная минимум с верхнепалеолитического времени.

В случаях наличия скелета соответствующие данные об индивидуальном возрасте корректируются с помощью наблюдений над окостенением и размерами костей. Сроки окостенения не установлены, однако, точнее, чем сроки прорезывания зубов, и поэтому точность определения индивидуального возраста остается той же – 1-2 года.

Во взрослом состоянии возраст определяется по степени стертости зубов, зарастанию швов, губчатой структуре костей скелета. Эмпирическую схему стертости предложил М. М. Герасимов. Но при оценке степени стертости следует иметь в виду, что в древних популяциях она опережала календарный возраст из-за грубой пищи, специфических способов обработки бересты и кожи зубами, жевания бетеля и других листьев и т. д. В. Н. Чернецов (1964) показал на этнографических примерах широкое распространение тиснения бересты зубами, например, у народов Сибири. Тем вероятнее распространение искусственных способов воздействия на состояние зубной системы в древности. Это воздействие трудно учесть даже при внутригрупповой оценке динамики стертости зубов, так как степень воздействия была очевидно, неодинаковой в детском и зрелом возрасте.

Темпы зарастания швов изучены в нескольких популяциях. Обнаруженные различия хотя и определенны, но невелики по масштабу, что дает все основания для перенесения современной шкалы на ископаемого человека в пределах современного вида. Точность определения колеблется от 5 до 10 лет. Аналогичная точность достигается и при рассмотрении макроморфологии скелета. Состояние компакты и спонгиозы костей приближает к более точной фиксации возраста, до 1 — 2 лет, но изучение внутренней структуры костей требует распилов и рентгенографирования, что ввиду трудоемкости малоприменимо в практической работе, особенно при обработке массового материала.

Следует специально подчеркнуть, что все существующие биологические способы фиксации возраста отражают, естественно, биологический (степень биологического созревания), а не календарный возраст. В индивидуальных случаях это обстоятельство само по себе служит, конечно, дополнительным источником ошибок, но ни в одной популяции не зафиксировано закономерного отклонения биологического возраста от календарного, и поэтому, надо думать, индивидуальные ошибки проявляются в обоих направлениях и взаимно погашаются, когда происходит определение возраста.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *