Обряды, обычаи, поверья, мифы, предрассудки        10 ноября 2012        156         0

Против ведьм

1352535226_protiv_vedimДаже для второй половины XV в. характерно, что сравнительно немногочисленные процессы против ведьм не раз заканчивались вмешательством верховных светских и духовных властей, прекращавших дело или освобождавших часть осужденных. Так, например, в 1459 г. в Аррасе, в графстве Артуа, которое входило тогда в состав Бургундского герцогства, попытка организовать массовый процесс над еретиками и ведьмами удалась лишь частично. Нескольких осужденных казнили, но судебное производство в отношении других лиц было прекращено. Парижский парламент — высшая судебная инстанция, полномочия которой признавались Бургундией,- рассмотрел материалы аррасского дела и указал на допущенную жестокость и неправильное ведение следствия. Позднее, когда Артуа вошло в состав Франции, парижский парламент отменил прежние приговоры и даже возложил на местного епископа и судей оплату судебных издержек. Это решение в 1491 г. было подтверждено указом французского короля (через полвека подобный исход дела оказался бы уже невозможным). Процессы против ведьм, очевидно, противоречили правосознанию того времени, здравому смыслу людей — их введение было явным насилием над тем и другим и осуществлялось исключительно в интересах католической церкви, хотя, конечно, не все представители клира осознали это и активно включились в гонения на ведьм.

Очень показателен получивший большое распространение труд инквизитора Варфоломея Спины. О том, что ведовство реально существует, писал Спина, свидетельствует огромное число инквизиционных процессов. Если бы ведовства не было в действительности, тогда приговоры инквизиции, одобряемые церковью, были бы несправедливыми, что совершенно исключено. Как можно сомневаться во всем этом, когда лишь в одном округе инквизитора в Комо (Северная Италия) ежегодно арестовывают более 1000 ведьм, причем свыше ста из них сжигают? Отсюда следует, что «дьявольских преступлений полон весь почти земной шар». Из указанных процессов следует также, говорит далее Спина, что полеты ведьм происходят повсеместно, равно как и сожительство людей с дьяволом, принятие сатаной образа разных зверей и домашних животных. Ни один «здравомыслящий человек» не должен отрицать того, что и детей ведьмы убивают. Правда, мужья ведьм обычно утверждают, что их жены ночью смирно спят в постели. Однако замечает Спина, тут-то дьявольщина и проявляется, обманывающая мужа, с которым рядом лежит только «принявшее образ жены подобие тела». А то, что ни одному инквизитору и вообще благочестивому человеку не удалось еще, несмотря на все старания, самому узреть полеты ведьм, объясняется лишь необыкновенной силой дьявола.

Интересно отметить, что демонологи проявляли в своих писаниях немало дипломатического искусства. В конце XVII и особенно в XVIII в. защитники преследования, учитывая быстрый рост недоверия к мифу о ведьмах, старательно замалчивали все его явно несуразные детали, вызывавшие в изменявшихся условиях только насмешку, и вместе с тем отчаянно отстаивали сущность зловещего суеверия.

Король Яков I, этот «ученейший дурак всего христианского мира», как его называли современники, написал даже трактат «Демонология». Яков сам неизменно присутствовал при сожжении ведьм и еретиков. Во время одной казни любопытному монарху послышались слова, произнесенные на французском сатаной: «Вот король, является который человеком божественным». Польщенный Яков для усиления «научной» борьбы с колдовством учредил фонд, из которого выдавались премии студентам-теологам Кембриджского университета за доклады о ведьмах. Решил Яков также направить на путь истинный соседние Нидерланды. В 1604 г. трактат «мудрого Соломона», как именовали льстецы короля, был там переведен на голландский язык. Большую роль в пропаганде и обосновании гонений сыграли иезуиты — штурмовой отряд католической контрреформации. Вместе с тем позиция иезуитского ордена «Общество Иисуса», как он себя именовал, была не всегда одинаковой даже в пределах той или иной страны, не говоря уже о Европе в целом. Впрочем, такая однозначность противоречила бы самой сущности строю централизованного ордена, стремившегося добиваться своих целей всеми видами двойной игры. К ним относились и противоречащие официальной линии «Общества Иисуса» действия, и сочинения различных иезуитов, выполнявших тайные указания начальства. Применялось и потворство выступлениям отдельных членов ордена, продиктованным порой не коварными политическими мотивами, а, допустим, искренним человеческим сочувствием жертвам изуверских судов над ведьмами. Такое попустительство тоже служило ордену, хотя и не сразу приносило плоды.

Было бы упрощением вовсе игнорировать и богословскую сторону дела. Несомненно, что богословие иезуитов было не только порождением эпохи, но и носило на себе явный опечаток политических планов ордена. Вместе с тем эти теологические концепции были и следствием внутреннего развития самого богословия, которое могло провозглашать, и действительно не раз провозглашало, отрицание наиболее вульгарных форм демонологии, проповедуемой защитниками и организаторами ведовских процессов. Конечно, такому отрицанию давался ход только тогда, когда оно соответствовало ближайшим или более отдаленным планам «Общества Иисуса». А ордену обычно первому удавалось учуять, когда гонения становились помехой политическим интересам католицизма.

Священник Корнелиус Лоос, резко выступавший против восстания своих соотечественников в Нидерландах и получивший известность как защитник католического дела, пытался в 1591 г. издать в Кёльне книгу «Об истинном и ложном колдовстве». Папский нунций запретил опубликование книги, а ее автора заточили в монастырь. Современники Лооса узнали о его взглядах только из отречения, к которому его принудили. Рукопись же книги Лооса была найдена историками лишь в XIX в.

По-иному сложилась судьба сочинения его коллеги по ордену, также выходца из Испанских Нидерландов Мартина Дельрио. Этот иезуит принадлежал к числу известных демонологов второй половины XVI в. Он занимал пост вице-канцлера Брабанта, был профессором ряда университетов в Южных Нидерландах. Ярый враг нидерландской революции (восставшие уничтожили замок его отца, а самого Мартина Дельрио заставили временно эмигрировать в Испанию), он написал в предисловии к своей книге «Наследования о колдовстве» (1596 г.), что преследование ведовства теперь стало более важным, чем в прежние времена, ибо дьявол действует ныне через еретиков так же, как раньше через идолопоклонников. Дельрио, вполне сознательно рассматривавший преследование ведовства как средство борьбы с «мятежниками», яростно обрушивался на всех противников процессов против ведьм. Судья, не приговаривающий уличенную ведьму к смерти, по разъяснению Дельрио, совершает смертный грех и вызывает подозрение, не связан ли он сам с дьяволом. Противники процессов, защитники ведьм обычно сами слуги сатаны. (Книга Дельрио выдержала два десятка изданий, последнее вышло в 1746 г.) Один из известных французских демонологов, судья Богюо, также подробно доказывал тезис, что «возникает колдовство не иначе как сопровождаемая ересью».

 

Добавить комментарий