Древние ремесла         08 февраля 2014        80         0

Рабский труд в ремесле

Рабский труд в ремесле

Наличие рабов-ремесленников (artifices) засвидетельствовано законодательством Юстиниана. Устанавливая официальную шкалу расценок рабов различных категорий и возрастов, которую следует соблюдать при разрешении имущественных споров, закон предусматривает, что раб-ремесленник может быть оценен до 30 солидов (независимо от пола), а евнух-ремесленник даже до 70, в то время как десятилетний раб, не имеющий специальности, оценивался в 20 солидов, а необученный евнух того же возраста — в 50 солидов.

Но эти законы не дают никакого представления об удельном весе рабов-ремесленников в общей массе рабов не только в отдельных провинциях, но даже в империи в целом. Ответить на этот вопрос в какой-то мере можно только на основании нарративных и документальных источников, прежде всего папирусов. Но и папирологический материал, при всем его относительном обилии, не позволяет, к сожалению, установить с исчерпывающей полнотой и достоверностью значение рабского труда в ремесле.

Большинство папирусов — либо официальные документы, либо сделки юридического характера, заключенные свободными гражданами. Поэтому о рабах в таких документах говорилось только в том случае, если они являлись объектом сделки. Упоминания о рабах можно, правда, встретить и в хозяйственных документах, письмах и т. д. Но как бы часто ни говорилось о рабах, можно заранее сказать, что число документов, в которых упоминаются рабы, неизбежно значительно меньше числа документов, в которых упоминаются свободные.

В ряде случаев чрезвычайно трудно или даже невозможно установить, идет ли речь о свободном работнике или о рабе из-за многозначности и, следовательно, неопределенности некоторых терминов, которыми обозначались рабы, например, термин, очень часто встречающийся в хозяйственных документах, мог обозначать раба, но в то же время применялся для обозначения сына, слуги, свободного ученика. Даже столь недвусмысленный термин теряет свое специфическое значение вследствие все более распространившегося в византийское время употребления свободными по отношению к себе этого термина, когда они обращались к людям, занимавшим более высокое положение.

Многозначность терминов при довольно частом отсутствии дополнительных косвенных данных, которые можно было бы почерпнуть из разбора самого документа, серьезнейшим образом препятствует успешному определению статуса тех или иных лиц и групп, встречающихся в папирусах, но даже в тех случаях, когда определение статуса работника вполне осуществимо, мы далеко не всегда в состоянии установить род его занятий. В большинстве случаев профессия раба в папирусах не указывается. Вероятнее всего, это вызвано тем, что рабы, как правило, не имели профессиональной квалификации и использовались в основном в качестве челяди, а также для выполнения тех или иных поручений, но иногда, быть может, это результат того, что профессию раба забыли или не сочли нужным упомянуть. В одном случае профессия раба (пекарь) указана, в другом — нет.

Наконец, у нас почти нет папирусов из Александрии. Александрия была не только крупнейшим центром египетского ремесленного производства, т. е. городом, где была большая потребность в квалифицированных ремесленниках и где, следовательно, рабский труд мог найти значительное применение. Особенность Александрии заключалась в том, что большая часть изделий вывозилась в другие провинции. Было отмечено, что возможность продажи товаров по более дорогой цене приводила к тому, что нерентабельность рабского труда в данных отраслях производства ощущалась слабее. В известной мере (в том, что касается производства предметов роскоши, папируса) это применимо к Александрии. Поэтому можно предположить, что рабский труд находил применение в мастерских Александрии, во всяком случае, большее, чем в остальной части страны.

Несмотря на неудовлетворительное состояние источников и невозможность определить с точностью удельный вес рабского труда в ремесле, установление между свободным и рабским трудом примерного соотношения и выяснение общей тенденции развития делом представляется осуществимым вполне. Несомненные рабы-ремесленники встречаются только в документах первой половины IV в. Что же касается VI в., то, несмотря на большое число дошедших до нас папирусов, нет ни одного в нашем распоряжении документа, определенно свидетельствующего о рабах-ремесленниках.

Изданный папирологический материал свидетельствует без сомнения, что на территории всего Египта, к которой он относится, как в городе, так и в деревне, ремесленники — это в основном свободные, которым нередко помогали в работе члены семьи, подсобные работники, ученики — также свободного происхождения.

В Египте, за исключением, быть может, Александрии, господствовало мелкое ремесленное производство. Тяжелое положение в экономическом плане преобладающей массы ремесленников также не благоприятствовало использованию рабского труда, так как у подавляющего большинства ремесленников вряд ли были необходимые для покупки обученного раба деньги. Единственное место, где мог найти применение рабский труд в ремесле кроме государственных мастерских, — крупные имения.

Имеющиеся в нашем распоряжении скудные данные о рабах-ремесленниках в основном и относятся к ремесленникам, обслуживавшим нужды крупных имений, связанных с ремесленниками; но и в крупном имении рабский труд играл второстепенную, ни в какое сравнение не идущую со свободным трудом, роль. Те немногие упоминания рабов-ремесленников (даже если допустить, что во всех вызвавших сомнение случаях идет речь о рабах) не в состоянии внести какие бы то ни было серьезные изменения в общую картину. Что же касается специальности рабов-ремесленников, то это в основном пекарь — профессия, требовавшая в условиях свойственного античности сочетания хлебопечения и мукомольного дела большого напряжения физических сил и столь распространенная среди рабов и свободного населения Египта специальность ткача.

Незначительная роль рабского труда в ремесле не должна нас удивлять. Исключительная для античности плотность населения Египта, наличие большого числа свободных работников, не владевших, как правило, землей и готовых на любую работу за нищенскую плату в дополнение к обычно низкой производительности рабского труда, создавали малоблагоприятные условия для широкого применения последнего.

Невыгодность рабского труда с особой силой проявилась в византийское время, представляющее собой период глубокого разложения рабовладельческих отношений. Упадок муниципального строя и постепенное разорение малочисленной в Египте средней прослойки рабовладельцев приводили к исчезновению тех слоев, которые в основном и эксплуатировали труд рабов. Усиление фискального гнета, политика использования государством в принудительном порядке труда свободных граждан, их обнищание наряду с сокращением притока рабов и соответствующим их удорожанием сделали труд рабов невыгодным. Раб стоил 20—30 солидов. Его нужно было кормить и одевать, между тем как многие категории свободных работников, чей труд был несравнимо производительнее, получали в среднем несколько солидов в год. «Рабство перестало окупать себя и поэтому отмерло».

Незначительное число рабов, иногда занятых в ремесле, не означает, однако, что «ядовитое жало» рабства не сказывалось на производственных отношениях изучаемого нами времени. Государство, проводившее политику наследственного закрепощения наиболее важных, с точки зрения его интересов, категорий трудящихся, по существу стремилось низвести их до рабского положения. Не отставали от государства и крупные землевладельцы. Печать рабства накладывалась и на трудовые, главным образом служебные, соглашения, не говоря уже о договорах, и ощущалась как в условиях соглашений, так и иногда в терминологии. Поэтому, хотя рабский труд играл незначительную роль в ремесле, вся совокупность отношений, господствовавших в ремесленном производстве, находилась еще под известным влиянием правовых норм и мировоззрения рабовладельческого общества.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *