Теоретические вопросы        29 сентября 2017        18         0

Рождение и смерть на земле

Рождение и смерть на земле

Один писатель, с богатой фантазией, как-то утверждал на полном серьезе, что вся Земля — есть одно живое существо. Быть может он и прав, по причине того что, в самом деле, затруднительно провести определенную границу между живым и мертвым, как это ни кажется легким на первый взгляд. Конечно, всякий знает, что камень мертв и что мы живы. Но по каким же признакам мы это узнаем? Обычно отвечают: по ощущению, по произвольному движению, по сознанию. Но основная часть нашего тела состоит из костей; сами по себе кости не могут произвольно двигаться, нет у них ни чувств, ни сознания.

Скелетом Земли, как существа живого, можно считать сам земной шар, на поверхности которого обитают различные живые существа. Обособленно существующие клетки все более активно соединяются в один организм и связываются внутренней тесной зависимостью. Таким образом, вырастают все живые существа из одного клеточного ядра. Функции клеток, которые вначале все были совершенно однородны, мало-помалу разделяются.

Рождается государство клеточек точно так же, как созидаются людские государства. Как в этих государствах отдельный индивидуум имеет только отчасти свободу из-за возложенных на него общих обязанностей, так и каждая клеточка нашего тела сохраняет свободу лишь до известной степени. Например, кровяные тельца только, по-видимому, совсем свободны, они обязаны принимать участие в общем токе кровообращения. Они кишат в наших кровеносных сосудах аналогично тому, как люди на многолюдных улицах города, и порой, какая то из них пристает к стенке именно там, где это может быть полезно для построения целого. Подобных примеров можно привести тысячи.

Но, на самом деле, это все лишь только удачные сравнения. По законам природы как мертвое, так и живое непрерывно находится в процессе органического созидания. Все губительное не может быть долговечным, потому что, разрушая тот организм, в коем оно существует, при этом оно и само погибает. Значит, все то полезное должно все время все более развиваться, приобретать все большую силу и размеры, потому что оно более устойчиво. И вот, в этом отношении между живой и мертвой природой разницы нет никакой.

Всюду, и в мировых системах, и в мельчайших соединениях вещества, в которые группируются химические атомы, и внутри клеточек, из которых строятся живые тела, царит вечная борьба за лучшее; худшее, в конечном счете, всюду и всегда лучшему должно уступить место. Поэтому на всех ступенях развития природы имеют место и рождение, и рост, и расцвет, а также увядание и смерть. Возникают и погибают звезды и мировые системы.

Такова же и участь Земли. Как бы прекрасно и беспечно ни расцветала на ней жизнь, прогрессируя на протяжении миллионов лет, и она когда-нибудь может прийти в упадок и исчезнуть.

Как же это может свершиться? Мы наши планы строим на годы, государственные деятели на десятилетия и столетия, а природа вокруг нас, непрерывно развивающаяся в течение ни одного миллиона лет, достаточно жизнеспособна, чтобы просуществовать и дальнейшие миллионы лет. Но как же поверить в то, что всему этому должен прийти когда-нибудь конец? Для чего же тогда это стойкое стремление к постоянному развитию, ежели все это когда-то должно опять обратиться в ничто? Почему все мы должны умереть? Ответить на эти все вопросы мы можем словами Мефистофеля: «Все, что существует, достойно того, чтобы погибнуть».

Достойно смерти

Достойно смерти: это означает, что оно не достойно жить вечно. Мы существуем в несовершенном мире, по этой причине старое обязано умирать, чтобы дать жить молодому, гораздо более совершенному, более способному к большему совершенствованию. Следовательно, смерть есть нечто необходимое, полезное в жизненном процессе единого целого, а гибель какого-то мира должна способствовать прогрессу иных миров во вселенной.

Как это вообще возможно? Неужели между мирами, друг от друга отстоящими больше чем на сотни и тысячи миллионов километров, существуют ли какие — либо другие взаимодействия, помимо тех, кои обусловливают их движение и взаимное их освещение? В солнечной системе что-нибудь изменилось бы, если бы Земля со всем, что находится на ней, была полностью раздроблена в куски и продолжала вокруг Солнца обращаться, в виде бесформенного облака пыли?

Это такие вопросы, которые разрешить в двух словах невозможно! Вопросы, которые, возможно, большинству покажутся весьма праздными: какое нам дело до всей солнечной системы и до всех других миров, еже ли должен погибнуть наш мир! Какое дело умирающим до того, какой будет иметь вид мир после их существования!

Наш земной мир, видимо, не умирает, а находится в периоде юношеского расцвета. Нам интересно, — что ожидает Землю? Себе данный вопрос мы задаем аналогично тому, как мы иногда себя спрашиваем: как долго еще мне жить осталось и как мне когда-то придется умереть? В те минуты, когда мы об этом размышляем, наша жизнь кажется нам лишь кратким мгновением по сравнению с вечным.

Мир! Да что есть мир, о будущем которого мы хотим поразмышлять? Насколько это понятие мы ограничим? Вообще, «мир» означает вселенную во всем ее объеме и все, что существует. Но вселенная погибнуть не может. То, что во вселенной находится, может лишь изменяться, развиваться либо приходить в упадок, и только часть этого целого возможно погибнет.

А затем, что означает погибнуть? Эта часть уничтожиться тоже не может. Она может перестать представлять то, чем она является, и стать чем-то другим. Мы теперь говорим, что она погибает, если перестает быть присутствующий в ней до того времени порядок и если входившие в ее состав элементы, снова распадаются.

Как построение, так и распад происходят под действием природных сил. Как возможно, чтобы эти силы, после созидательной работы над миром миллионами лет, вдруг радикально изменили свое направление и стали бы разрушительными, тогда как они сами подобно веществу, которое служило строительным материалом для этого мира, совершенно не изменялись?

И так, мы снова делаем вывод, что в действительности не существует никакой гибели, никакой смерти. Настоящая гибель мира категорически невозможна, даже если осознавать ее как методичное разрушение какой-то одиночной части вселенной, и что такое разрушительное действие в то же время является созидательным для нового мира.

Силы природы могут разрушать на своем пути, куда они пошли сначала, только те образования, которые представляют препятствия на этом их пути. Силы природы разрушают лишь затем, чтобы лучше построить. Если бы это так не было, то те же самые природные силы за то неограниченное время, которое они действуют, существующий порядок уже давно бы весь разрушили и установили бы отличный от этого порядок, находящийся опять в полном соответствии с данными действующими силами природы. Согласно этому: природе не свойственно уничтожение всего того, что она выстроила. Уничтожает же она только часть с целью построить качественнее. В природе все созидается!

Мы все умираем, мы все жертвуем нашей жизнью ради всеобщего прогресса. Нам нужно глубже проникнуть в эту истину, чтобы она смягчила нам ужасы этого неизбежного уничтожения.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *