Техника живописи и скульптурные приемы        09 августа 2012        68         0

Сцены прославления бога

Египет

Сцены обеспечения умершего уже не относились к основной исконной теме гробничных рельефов. Они выполняли другую задачу — прославление бога и его деятельности, постепенно получавшую все большее распространение. Вельможи хотят теперь не только рассказать в записях о наиболее существенных этапах своей карьеры, о своем видном положении и богатстве, но и наглядно показать все это в рельефах. В итоге значительно расширяются и прежние сцены, получающие ряд дополнений. Земледельческие работы, охоты в пустыне и в нильских зарослях, рыбная ловля, виноградарство, садоводство, скотоводство, работы различных ремесленников — все эти композиции занимают теперь целые стены залов и коридоров внутри гробниц.

Время правления V и VI династий было периодом высшего расцвета гробничных рельефов и росписей Древнего царства.

Общие правила композиционного построения сцен, выработанные еще на памятниках IV династии и закрепленные затем в храмовых рельефах V и VI династий, оставались те же. Сцены располагались поясами без пропусков. Художественные требования не допускали пустых мест ни в пределах одной композиции, ни между разными, и для решения этого вопроса мастера великолепно использовали декоративные возможности египетской письменности. Строчки и вертикальные столбцы ярких разноцветных иероглифов то обрамляют сцены, то заполняют пустоты между фигурами. В итоге стены кажутся покрытыми сплошными коврами цветных изображений, красочность которых еще усиливается черным цветом панелей.

Подобно фигуре царя в храмовых рельефах, в мастабах господствующее положение занимают изображения владельца гробницы, то наблюдающего за всеми работами, которые должны обеспечить ему загробное благоденствие, то принимающего жертвенные дары, то участвующего в охоте или рыбной ловле.

Однако, оставаясь в общих пределах прежних композиционных правил, мастера второй половины Древнего царства во многих случаях сумели изменить и развить старые сцены, наполнить их жизнью, найти новые художественные приемы для воплощения своих наблюдений. Переходя в мастабах из помещения в помещение, мы словно читаем увлекательное повествование о жизни Египта во второй половине III тысячелетия до н. э.

Художников, видимо, давно уже не удовлетворяло повторение привычных процессий носителей даров, и они попытались оживить их еще в конце IV династии: в гробнице царицы Мересанх III, под большим списком жертв, около сцены приношения царице ее приближенными разнообразных блюд, плодов, и напитков, появилась новая композиция — привлечение к ответственности земледельцев, не внесших причитавшихся с них продуктов для заупокойного культа царицы. Позже такие сцены распространились на различные случаи неисправности уплаты податей.

Начинают изображать и управление хозяйством вельможи — писцов, учитывающих поступления, стражников с палками, надсмотрщиков. Работы земледельцев, рыбаков, ремесленников показываются с такими подробностями, что эти сцены служат ценнейшими по точности и наглядности источниками для истории древнеегипетской техники. Постепенно все шире и живее становятся композиции. Около мастерских ремесленников можно было увидеть сценки продажи их изделий, около пастбищ — отдыхающих пастухов.

Перед нами проходят яркие картины социального неравенства — обеспеченная праздная жизнь правящей верхушки и непосильная тяжесть труда основной массы населения. Избиение неплательщиков податей сменяется увеселениями знати, изнуряющий труд под палящим солнцем — плясками танцовщиц на пиру вельможи. Среди этих изображений много живых эпизодов. Вот падает груз с одного из вьючных ослов, и погонщики бросаются на помощь, другой осел заупрямился и не хочет сдвинуться с места, хотя его бьют палкой и даже тянут за переднюю ногу. Стадо переходит через канал: пастух несет на плечах теленка, который обернулся к идущей сзади корове, а та протянула к нему голову и высунула язык, чтобы его лизнуть. Часто около действующих лиц бывают написаны слова, которые они могли бы произносить, по мнению художника. Два человека доят корову, явно им не принадлежащую, причем один говорит другому: «Торопись, пока не пришел пастух!». Два покупателя тянут каждый к себе понравившиеся им бусы и предлагают сделавшему их ремесленнику в обмен свой товар. «Вот крепкие сандалии», «Вот сладкая лепешка!» — кричат они. Кажется, что мы слышим команду лоцмана, грубую брань подравшихся лодочников, восклицания плачущих по умершему родных.

Усиление внимания к сценам из реальной жизни способствовало и реалистической трактовке сюжетов. Художники явно ищут новых решений построения групп и фигур, более живых и правдивых. Шире применяется передача плеч в профиль. Мы видели попытку такого показа плеч еще на плите Нармера; мастера начала IV династии продолжали эти попытки, как об этом можно судить хотя бы по фигурам человека, несущего кровать (гробница Метена в Саккаре), пастухов, носильщиков, строителей ладей (гробница Нефермаата в Медуме). Интересны в этом отношении позы борющихся лодочников на рельефе конца IV династии (мастаба царицы Мересанх III в Гизэ) и оригинальная, прекрасно построенная фигура носильщика в росписи южной стены коридора гробницы F. S. 3080 в Саккаре. Однако настоящего успеха в передаче полного профиля плеч достигли только художники V династии: рельефы храмов и мастаб этого периода дают многочисленные примеры хорошо построенных профильных изображений людей. Одновременно были освоены и иные, значительно более трудные повороты фигур. В целом ряде композиций появляются теперь позы, не встречавшиеся ранее и поражающие необычной для древнеегипетского мастера смелостью. Достаточно указать хотя бы на мужчину, который, встав на четвереньки, катает двух сидящих на его спине мальчиков, или на матросов, крепящих снасти на парусном судне, среди которых особенно выделяется великолепно выполненная фигура человека, взбирающегося по канату на мачту.

Сцены прославления бога
Рельеф из мастабы Птаххотепа. Мужчина, играющий с детьми

 

Сцены прославления бога

 Ладья с матросами.Рельеф из мастабы Ахетхотепа

 

В исключительно смелом развороте дана фигура человека, сплетающего веревку (гробница Каэмнефера): он сидит на земле, протянув левую ногу в сторону и согнув правую в колене; голова повернута влево, но все туловище поставлено в полный фас, благодаря чему положение плеч оказывается совершенно естественным.

Много нового находим мы и в группах играющих детей на рельефах гробницы Птаххотепа, пляшущих мужчин (особенно в мастабе Мерерука), в группах людей, оплакивающих умерших. Во всех подобных сценах мы видим и правильные ракурсы, и умело переданные разнообразные позы.

Сцены прославления бога

 Рельеф из мастабы Птаххотепа. Играющие дети

 

Все эти нарушения традиционного построения фигуры встречаются по-прежнему только при изображении земледельцев, ремесленников, слуг — словом, рядовых тружеников, а также детей и пленных. Представителей знати, как и раньше, показывали с соблюдением всех канонических правил. Стоит ли вельможа или сидит, он равно неподвижен. Даже в сценах охоты на гиппопотама везир Ти кажется статуей, хотя он стоит в лодке, в то время как вокруг него кипит острая и опасная борьба со зверем. Показательно, что, в полную противоположность фигуре Ти, художник изобразил остальных охотников в динамичных правдивых позах.

Сила традиции была так велика, что и лучшие мастера, пытавшиеся подчас несколько оживить обычные изображения владельца гробницы, не осмеливались нарушить основных требований канона. Так, в гробнице везира Мерерука, рельефы которой отличаются высоким художественным уровнем и интересными новыми композициями, мастер создал великолепно задуманную группу престарелого везира, опирающегося на руки двух сыновей, однако традиционная иконография всех трех фигур значительно снижает силу впечатления сыновней любви и заботы, которые несомненно стремился передать художник.

По-видимому, нарушение канона при изображении вельмож допускалось только в тех случаях, когда по религиозным требованиям, для нас еще неясным, надлежало создать две совершенно различно трактованные фигуры владельца гробницы — одну в строго канонической позе, с подтянутым телом, в официальном одеянии, и другую — переданную более реалистически, с правильным профилем плеч, полными ожиревшими мускулами, в бытовой повседневной одежде. Такие варианты, как и аналогично трактованные два типа статуй, встречаются на протяжении всего Древнего царства.

Интересно, что статуи вельмож на рельефах часто передаются в полном профиле (например, в гробнице Ти).

Смелой, но неудачной попыткой показать фигуру владельца гробницы в фас является изображение писца Рединеса посередине «ложной двери», там где обычно ставилась статуя. Вся фигура передана плохо, лицо, круглое и плоское, лишено всякой выразительности; тело, также плоское, непропорционально.

Скульптор совершенно не справился с рисунком ног, развернув обе ступни в профиль, носками наружу.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *