Теоретические вопросы        30 ноября 2017        7         0

Теория естественного отбора

Теория естественного отбора

Дарвин находил место существования в природе явления, аналогичного искусственному отбору, приходя к данному размышлению путем следующих умозаключений.

Все живые существа имеют наклонность стремительно размножаться, так что потомство любой пары вскоре покрыло бы всю землю, исчерпало бы на ней все, чем можно питаться, если бы такая наклонность плодиться не встречала извне преград к полному осуществлению. Способность размножаться указанным образом доказывается простыми, неоспоримыми вычислениями, в процессе наблюдений.

Многие обыкновенные птицы наших стран, дрозды, синицы, воробьи, откладывают пять пар яиц, выводят в лето пять пар птенцов, и, следовательно, если по весне в определенной местности было около миллиона птиц какой то породы, то на следующий год должно быть около шести миллионов. Похожего, однако, вовсе не происходит; по наблюдениям всех более или менее знакомых с природой людей — охотников, натуралистов и т. п. — число животных какой-либо породы из года в год остается примерно одинаковым, колеблясь несколько в зависимости от годичных климатических колебаний, от колебаний легкости либо сложности добывания пищи в тот или иной год.

Таким образом, необходимо принять в приведенном выше примере, что каждый год умирает в пять раз больше индивидуумов указанных пород, чем остается в живых. Подобным образом пара устриц производит около 2100 000 жизнеспособных потомков, из коих в среднем выживает лишь одна пара, заступающая место родителей на устричной отмели. Число схожих примеров легко можно увеличить до каких угодно размеров.

Стремление организмов к чрезвычайно быстрому размножению находит подтверждение в примерах быстрого размножения лошадей и рогатого скота, имеющим место в Австралии и в средние века в Америке, при ее открытии. В Америке перед ее открытия испанцами не имелось ни единого домашнего животного из Старого света. Лошади, коровы, свиньи, овцы и т. п. в Америку завезены европейцами; имея благоприятные условия прокорма и мало врагов, те животные вскоре размножились, частью одичали, сбившись в стада диких лошадей и быков, пасущиеся в степях Северной и Южной Америки.

И так не подлежит сомнению, с одной стороны, стремление организмов ускоренно и в крайней степени размножаться, так же как массовая гибель организмов — с другой стороны.

Ежели так, если из нарождающихся лишь немногие остаются в живых, очевидно, это будут индивидуумы более здоровые, намного сильнее, более адаптированы к условиям существования.

Происходящее, таким образом, выживание в природе в борьбе за сущность приспособленнейших есть то, что Дарвин обозначил естественным отбором, находя в этом явлении многое аналогичным искусственному отбору.

Термин «борьба за жизнь», употребленный Дарвином, требует пояснения относительно того, что под этим выражением имеется в виду. Это выражение условное, использованное для краткости. Здесь соединены явления нескольких различных категорий — не лишь, прежде всего, приходящая на мысль борьба активная, сознательная, между индивидуумами, потребности коих приходят в столкновение, но и борьба, являющаяся в конкуренции.

Два волка порою дерутся из-за добычи, но те же два волка часто являются конкурентами, между собою борются за жизнь, хоть если они и не встречались. Так бывает в голодный год, при недостаточности пищи, когда найти питание для одного значит наверное уменьшить возможность ее получения для другого.

Наконец под фразой «борьба за жизнь» подразумевается борьба с неорганическими неблагоприятными жизненными условиями, что испытывает, к примеру, растение, когда его семена попадают в мало подходящие климатические и почвенные условия.

После Дарвина было произведено уточнение понятия о борьбе за жизнь и отборе выяснением роли сообществ («биоценозов») в органическом мире. Сообщества животные и растительные не являются только неорганизованной совокупностью животных и растений, случайно оказавшихся в одном местонахождении. В определенном местообитании органические существа приспособляются к нему не только одно от другого независимо, но они способны приспосабливаться и друг к другу, из чего получаются сообщества, ассоциации, в строении которых всюду выражен принцип стремления ослабить борьбу за существование и дать возможность существовать бок о бок большему числу индивидуумов. Связь в сообществе организмов далеко не всегда вполне ясна и понятнее становится при расчленении сообщества на цепи, члены которых, между собою плотно связаны самым наисложнейшим образом. В сосновом лесу молодые сосны поддерживают сообщество животных, а те группируются во всевозможные цепи в связи с питанием, цепи, начинающиеся от травоядных животных, как древесные тли и гусеницы бабочек (соснового шелкопряда). Тлей употребляют двукрылые насекомые, сирфы, их же в свой черед ловят пауки, а пауков — осы. Наконец ос едят ястреба. Эта форма организации или структуры сообществ универсальна, и становится очевидным, что изучение животных как фактора, ограничивающего распространение или количество индивидуумов вида, весьма трудно. Дарвину не было чуждо понимание сложности взаимоотношений между организмами. В главе «о сложных взаимоотношениях между всем животным миром и растительностью в борьбе за существование» он приводит, между прочим, пример, как в известной местности изобилие клевера (кашки) зависит от количества кошек. Для оплодотворения названных растений нужно чтобы их посещали шмели, так как иные насекомые не способны добраться до нектара в их цветах. Численность шмелей зависит от числа полевых мышей, кои разоряют гнезда и шмелиные соты, а число мышей зависит от численности кошек, в зависимости от которых близ сел и небольших городов гнезда шмелей можно встретить гораздо больше, нежели в другой местности. Вообще следует заметить, что когда хотят понять, чем можно определить численность животного или его распространение, то нельзя изучать его, как будто бы оно было вовсе изолировано и существует как отдельная независимая единица. Требуется знание полного цикла питания животного сообщества, чтобы уяснить себе биологию отдельного вида, имеющего принадлежность к этому сообществу, потому что при этом знании исследователь видит сразу точки соприкосновения животного с иными членами сообщества, а это, в свой черед, проливает свет на численные соотношения видов.

Невзирая на недостаток вообще точных данных о настоящей численности животных на определенной площади, имеются некие важные принципы, которые были открыты относительно численности животных. Если численность какого-нибудь животного возрастает сверх нормы, то оно подвергается опасности истребить продовольствие и вымереть от голода, но, с иной стороны, коли оно не производит необходимого числа индивидуумов в каждом поколении, то оно уже в опасности вымирания в результате действия прочих факторов, из которых самым важным становятся неприятели. Если численность вида упадет ниже известного уровня, то он подпадает под опасность вымирания из-за таких причин, как необыкновенное размножение неприятелей либо случайные засухи, либо суровые зимы. И так, существует наивыгоднейшая плотность населения для каждого вида. Пределы ее могут быть довольно широки и часто устанавливаются не столько действием известных факторов напрямую на животное, сколько на общую численность. Еже ли численность чрезмерна и тем самым вредна, то неприятели, влияющие на уменьшение ее, для животного полезны.

Вопрос о взаимопомощи разрабатывался и после Дарвина, именно нашими учеными. «Взаимная поддержка», — высказывался Кропоткин, — «становится важнейшим фактором в поддержании жизни и развитии вида. Изучение мира животных показывает нам повсюду общественную жизнь среди муравьев, среди термитов, в семьях пчел, так же у таких животных, общества коих менее заметны и имеют менее стабильное существование, как, собственно, у крабов. Среди позвоночных наиболее известны в этом отношении птицы; мы находим у них охотничьи артели хищных птиц, рыболовные артели пеликанов, общества попугаев, собрания разных птиц для совместного перелета».

Коль внешние условия существования организмов относительно не изменяются, то отбор естественный делает то, что в каждом поколении выживают самые здоровые, самые сильные индивидуумы породы, причем отличительные особенности последней долгое время могут оставаться практически почти неизмененными. Не то, еже ли внешние условия существования более или менее заметно изменяются; например, изменяется климат страны вследствие поднятия гор в местности, бывшей до того низменностью,— горы конденсируют атмосферные осадки, изменяют направление ветров; климат, бывший сухим, может стать влажным, и обратно. Подобные изменения, прежде всего, отражаются на растительности, весьма чувствительной к условиям климата. Изменение растительности в данной стране влияет на травоядных животных, частью может быть эмигрирующих при затруднительности приспособления к иным условиям жизни, частью, наоборот, иммигрирующих именно ввиду возникновения этих новых условий, благоприятных пришельцам.

Состав расселения травоядных животных отражается на расселении плотоядных, тесно связанных с первыми в своем существовании. Для них также может явиться потребность измениться, адаптироваться в новых жизненных условиям, вести ее новый образ, к примеру, приобрести способность более быстрого бега, перейти к ночному образу существования.

При изменении внешних условий существования организмы часто должны измениться или переселиться. При затруднении путем переселения найти условия, близкие к исчезнувшим в данной местности, и при неспособности измениться виды вымирают.

При изменении организмов основой для этого изменения является изменчивость. Без сомнения степень изменчивости, отличительна у различных видов, весьма значимо, определяющее, способен ли организм, изменившись, приспособиться в новых условиях жизни.

Заметной изменчивостью, наклонностью к видообразованиям и местных видоизменений отличаются, например, ежевика, улитки-прудовики и пр. Напротив гусь, даже при одомашнивании, когда другие животные склонны к усиленной изменчивости, представляет поразительное однообразие. Изменившиеся условия ведут за собою усиленную изменчивость; так у воробья, водворившегося в Сев. Америке с 1864 г., замечается значительное усиление изменчивости в сравнении с европейским родичем, и то же самое имеет там место для нашей наземной улитки (Helix nemoralis).

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *