Теоретические вопросы        29 августа 2013        75         0

Теория подражания

Теория подражания

Подражание есть основная проблема, стоящая перед знатоком, — подражание в самом обширном смысле слова. Понятие это обнимает весьма многое: от подделки и точной копии вплоть до творения оригинального, сколько-нибудь имеющего зависимость от чужого художественного творчества. Так как самый свободный и смелый мастер был в свое время учеником, воспринимая чужое искусство, и не смог вполне уберечься от влияния, — как гласит любимое словечко художественной критики, — то проблема подражания распространяется на всю область художественного творчества. Такие понятия, как традиция, вкус времени, влияние школы, местный характер отчасти входят в понятие подражания. Подражание не должно быть непременно преднамеренным. С проблемой подражания знаток сталкивается на каждом шагу; не только, когда отличает ученика от мастера или отделяет друг от друга индивидуальности, родственные на первый взгляд, когда он, например, ищет границу, где кончается Рубенс и начинается ван Дейк. Признаки Морелли полезны. Но, в конечном счете, решает дело психологический такт, интуиция, гибкое художественное чутье.

Копия, подражание качественно беднее, нежели оригинал. Не потому, что копиист более слабый художник, — как это почти всегда бывает, — а потому, что копирование и подражание есть деятельность, коренным образом отличная от художественного творчества, так что творческая сила, даже если она имеется, не может проявить себя при копировании или подражании.

Представим себе, что гениальный мастер, из какого-нибудь побуждения, копирует произведение незначительного художника. Как бы ни был слаб оригинал, он будет иметь перед копией одно преимущество: единство стиля, возникшего органически; между тем, как копия, хотя бы и сделанная рукой гения, неизбежно будет страдать отсутствием цельности, нарушением стиля. Оригинал родился и вырос, копия сделана, создана без внутреннего жара. Различие между этими двумя, принципиально друг от друга отличными видами деятельности, становится тем заметней, чем дальше подражатель по времени и по стилю отстоит от автора оригинала. Вот где скрыт тот подводный камень, о который разбивается всякое архаизирующее искусство, всякое подражание давно минувшему стилю. Рядом с Боттичелли какой-нибудь Берн Джонс слаб, не потому лишь, что он более слабый живописец, но и потому, что его творчество по своей тенденции произвольно, ложно направлено и неподлинно. Никто не может безнаказанно уклониться от манеры видеть, повелительно требуемой его временем.

Постоянно, вынуждаемый отличать оригиналы от копий и подражаний, всегда на чеку против возможной подделки, в самом широком смысле слова, знаток приобретает чутье подлинного и вместе с тем восприимчивость к истинно художественному творчеству. Верным инстинктом, улавливая капризную изменчивость творческой личности, знаток избегнет соблазнов метода Морелли и его учения о признаках, гибельного для неспособных учеников. Два создания одного и того же художника, никогда не бывают совершенно одинаковыми. По той хотя бы причине, что творящий их организм постоянно меняется, подобно всему живому: сегодня он не таков, каким был вчера. Художник никогда не создает одинаковых форм, подобно механическим отпечаткам клише. Вспомним о почерке. Сто подписей одного и того же человека походят друг на друга, но не бывают никогда абсолютно тождественными. Если две подписи совпадают решительно во всем, то в одной из них мы заподозриваем подделку.

Всякий, изучающий искусство, знает, что творческий организм может меняться, но нелегко дается сознание, что он должен изменяться каждое мгновение. Живой организм может расцветать и чахнуть; бумажный цветок всегда остается неизменным. Подражатель может еще раз воспроизвести то же самое, но не художник. Здесь проблема развития соприкасается с проблемой подражания. Существуют точные, но поверхностные наблюдатели: их подход кажется научным, но он бессилен перед художественным памятником, потому, что не схватывает самого главного. Взгляд не должен быть прикованным к одной форме, он должен следовать за полетом творческого воображения, которое оставило за собой эту форму, как свой след.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *