Приготовление и употребление пищи        01 февраля 2013        106         0

В поисках хлеба насущного

Английский математик и философ Бертран Рассел в одной из своих работ с иронией заметил, что описание борьбы человечества с голодом содержится в книге Бытия. В самом деле, кто не знаком с библейским рассказом о чудесном спасении от голодной смерти целого народа, когда всевышний рассыпал в бесплодной Египетской пустыне съедобную манну?

Чтобы жить, человек должен есть

И «первый исторический акт» заключался в добыче или производстве продуктов питания.

С самых ранних времен человек выступал и как хищник, убивая животных, и как травоядное, потребляя растительную пищу. Поэтому главные виды хозяйственной деятельности того времени — охота, рыболовство и собирательство — соединяли людей с окружающей средой многими «пищевыми цепями». Люди каменного века накопили удивительные познания полезных свойств окружающего их растительного и животного мира.

Но, как бы ни были значительны их достижения в использовании природных ресурсов, они оставались в огромной зависимости от милостей и щедрот природы. Из трех главных веществ, необходимых для поддержания жизни, а именно: углеводов, жиров и протеинов (белков), в питании по объему преобладали и преобладают теперь углеводы. Они содержатся во многих растениях, среди которых наиболее ценные виды, дающие легко усваиваемые организмом крахмалистые вещества, Эти растения, в том числе и предки современных культурных растений, начали употребляться в пищу еще в глубокой древности. Но далеко не все растения, используемые человеком, могут рассматриваться как культурные. Их обычно делят на четыре группы:

  1.  дикорастущие виды, используемые в диком состоянии путем сбора корней, плодов, зерен, стеблей и т. п.;
  2. «культивируемые» или малоизмененные виды;
  3. культурные виды, не встречающиеся в диком состоянии в природе, но связь которых с дикорастущими может быть прослежена;
  4. культурные растения, давно утратившие связь со своими дикими предками (кукуруза, пшеница, лен, дыня и др.).

На своем тысячелетнем опыте человек каменного века научился разбираться в съедобных растениях. Но от приемов собирательства до культивирования растений предстояло пройти долгий и неизвестный путь, который способом «проб и ошибок» человечество привел к земледелию.

Известный этнограф Юлиус Липс (1895-1950) предложил называть народы, которые как бы стояли накануне земледелия, — «народами-собирателями урожаев». Их нельзя было причислить ни к оседлым земледельцам, ни к бродячим охотникам-собирателям. Они занимались регулярным сезонным сбором зерен различных съедобных трав, кореньев, желудей, колосьев дикого водяного риса и т. п. Дары природы заготовлялись впрок и хранились в постоянных хранилищах и амбарах.

У индейцев оджибве, которых изучал Ю. Липс, самую важную роль в питании играл дикорастущий водяной рис, росший в тихих заводях и реках бассейна Великих озер.

Сохранилось предание о том, что во время страшного голода бог оджибве Манито явился главному жрецу и сказал: «Семена собирайте, которые как копья остры. Сладкая пища внутри их содержится». Манито «научил» индейцев секретам ухода и обработки риса, сходным в известной степени со способами возделывания и обработки культурных растений.

Когда рис на озерах достигал молочной спелости, то женщины связывали его в пучки и пригибали книзу, чтобы предохранить урожай от птиц и ветра. Участки для сбора риса были в пользовании отдельных семей. Началу жатвы, в конце августа — начало сентября, предшествовали торжественные церемонии. И вот жатва… По воде между зарослями риса скользят лодки. В каждой сидят по две женщины — у них в руках длинный шест для передвижения лодки и небольшие кедровые палочки. Палочками аккуратно обивают зерна риса в лодку. По возвращении домой зерна риса сушат и поджаривают в котле, отвеивают и топчут в ямах под ритмичные звуки песни, очищая зерна от мякины. Готовые зерна дикого риса имеют светло-зеленоватый цвет. Они приятны на вкус. Из них готовили различные кушанья, главным образом похлебку с мясом или рыбой, ягодами или с кленовым соком.

Весьма любопытно отметить, что простейшие жатвенные орудия индейцев — палочки имеют аналогии в Старом Свете. Так, на Кавказе в недавнем прошлом грузины собирали зерна некоторых сортов пшеницы с помощью небольших палочек — «шнакве». Подобные палочки были зафиксированы этнографами и у басков в Испании, что само по себе чрезвычайно интересно, так как существуют и некоторые другие историко-этнографические и лингвистические параллели между Кавказом и Пиринеями.

Однако вернемся к «народам-собирателям урожая». Ученые подметили большое сходство в приемах переработки съедобных растений у австралийских аборигенов и калифорнийских индейцев. Австралийцы собирают колосья в небольшую круглую ямку, затем женщины ногами перемалывают колосья, отделяя зерна от шелухи; из ямы зерно выбирают в деревянное корыто, удаляя стебли и сор; затем зерно провеивают на ветру. Очищенное зерно растирается на плоском камне с помощью округлого камня. При растирании зерно смачивают водой, так что образуется тестообразная масса, которую затем и запекают, а иногда едят и просто сырой. Нетрудно заметить, что эта весьма примитивная австралийская техника по переработке зерен содержит многие моменты, присущие и современной технологии изготовления хлеба, за исключением начальных этапов обработки почвы и посева растений.

В истории человеческой культуры различные трудовые процессы появились в совершенно иной последовательности, чем та, в которой мы их выполняем теперь. Мы сперва пашем и сеем, а потом жнем, молотим, мелем, печем; наши предки научились сперва жать, молотить, молоть, позднее всего ознакомились с посевом и обработкой полей.

Задача сбора урожая зерновых была, как известно, решена с развитием микролитической индустрии, изобретения жатвенных ножей и серпов с остро режущими кремневыми или обсидиановыми вкладышами. При выкапывании кореньев, посадки растений, проведения различных канавок при обводнении участков, а впоследствии и для обработки почвы использовались простейшие орудия — палки и мотыги. Простейшее землекопное орудие-это заостренная палка длиной 1,2-1,6 м. Земля разрыхлялась палкой, а затем выгребалась руками. Этнографами это зафиксировано у многих народов: австралийцев, семангов, огнеземельцев и др. С помощью палок и корзин на Суматре кубу выкапывали ямы для слонов, индейцы Калифорнии сооружали землянки. Палка явилась и первым орудием «собирателей урожая».

Злаки, съедобные коренья, луковицы особенно обильны на естественно орошаемых участках. Отметив эту природную закономерность, «собиратели урожая» могли прийти к идее искусственного обводнения участков дикорастущих полезных растений, что в небольших горных долинах легко осуществлялось с помощью небольших плотин. Горные ручьи перегораживались стволами деревьев, кустами и валами из земли. Небольшие канавки, вырытые с помощью палок и мотыг, направляли воды на участки естественных зарослей злаковых и других съедобных растений. Для сохранения живительной влаги участки ограждались валиками.

Эта начальная, если можно сказать «доземледельческая», стадия примитивных навыков орошения была зафиксирована этнографами. Так, исследователь «собирателей» долины Оуэнс в Калифорнии американский этнограф Джон Стюард сообщает, что северные паюте еще вначале XIX в. вели полу-бродячий образ жизни. Они занимали территорию в несколько сот квадратных километров. Зимой все племя численностью около 100 человек жило в одном или двух поселениях, но к весне отдельные группы рассеивались по всей территории. Женщины собирали различные съедобные растения в корзины, сплетенные из лозы и трав. Некоторые группы паюте применяли искусственное обводнение понижений, где заросли луковиц и трав были наиболее значительны. Весной, когда в горах начиналось таяние снегов, небольшие ручьи сбегали в эти низины и увлажняли землю. Индейцы направляли ручьи и дождевые воды в естественные понижения. Они возводил и на дне долины перед началом паводков искусственные преграды. От образовавшегося затем разлива отводили на поля воду канавами, достигавшими длины 1,5-2 км. Обычно эти примитивные гидротехнические сооружения служили недолго, так как мощные паводки сносили их. Дамбу восстанавливали следующей весной на прежнем месте. В сооружении дамб из кустарников, камней и глины, а также в проведении канав участвовало все мужское население общины. Сбор зерен и кореньев на искусственно орошенных участках был женским делом. Урожай злаков собирали с помощью небольших вееро-подобных деревянных орудий прямо в плетеные корзины. Как это ни парадоксально, но паюте не знали еще ни одного культурного растения и не были земледельцами в прямом смысле этого слова, хотя уже и владели, как мы видим, некоторыми приемами горно-ручьевого орошения. Их можно назвать «ирригаторами без земледелия».

Этнографические примеры дают нам возможность заглянуть в далекое мезолитическое прошлое человечества, когда у некоторых народов появились предпосылки перехода к «производящему хозяйству».

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *